Мнения
Бесплатный
Иван Любимов
Статья опубликована в № 3997 от 20.01.2016 под заголовком: Человеческий капитал: Без знаний нет реформ

Реформы никогда не будут популярны

Экономист Иван Любимов о том, как недостаток образования создает основу для неравенства доходов

«Левада-центр» обнаружил значительный рост обеспокоенности россиян своим экономическим положением. Более половины опрошенных указали на стабилизацию политической и экономической ситуации в стране как на самое важное из своих пожеланий. Следом были упомянуты получение социальных гарантий, а также выплата зарплат и пенсий.

То, что пустеющий холодильник рано или поздно отвоюет в умах людей значительное пространство, ожидалось. Более любопытно, на мой взгляд, другое: если судить по тем 7% опрошенных, кто высказался за продолжение реформ, создается впечатление, что холодильники подавляющее большинство респондентов предпочли бы заполнять при помощи политики перераспределения доходов или в результате очередной волны сырьевого роста.

Прохладное отношение к реформам может быть связано с дурной памятью о последнем десятилетии прошлого века, когда реформы совпали со значительным снижением уровня жизни. Однако есть основания предполагать, что в будущем массовое отторжение реформ может быть вызвано другими причинами.

В 1975 г. в книге «Распределение доходов: анализ и политика» Ян Тинберген, голландский экономист и первый лауреат Нобелевской премии по экономике, рассуждал о гонке между технологиями и образованием как причине неравенства доходов. Давайте представим, что технологии непрерывно развиваются, становясь все сложнее и требуя все более продвинутых знаний для того, чтобы ими управлять. Если эти знания распространяются в экономике достаточно широко, тогда образование поспевает за новыми технологиями, а если нет, то отстает от него и общество проигрывает гонку за технологиями. В качестве примера можно использовать рынок информационных технологий и программистов. Если во время информационного бума представителей этой профессии в экономике мало, то они получают очень высокие зарплаты благодаря высокой премии за свои навыки. Как результат, уровень неравенства в обществе становится выше. Если же подготовка программистов становится массовой, общество начинает догонять технологии, программистов становится много, и их зарплаты падают, благодаря чему неравенство сокращается.

Примерно об этом говорил Герман Греф на последнем Гайдаровском форуме: «Страны и люди, которые смогли вовремя адаптироваться <...> они победители сегодня. Первое последствие этой четвертой (технологической) революции – это колоссальный разрыв в доходах между странами-победителями и проигравшими странами <...> Колоссальный разрыв в доходах между людьми, которые сумели адаптироваться к новой ситуации, и людьми, которые не сумели к ней адаптироваться. Будет колоссальный спрос на специалистов высокой квалификации <...> и будет трагедия для тех людей, кто не готов заниматься высококвалифицированным трудом».

Что касается разницы в доходах, то здесь с главой Сбербанка можно поспорить. Например, высокие цены на сырье могут значительно сократить межстрановое неравенство в доходах, даже если профессиональное неравенство между экономиками остается на высоком уровне. Ресурсный рынок во времена роста цен на нефть играет роль глобального перераспределительного механизма, который при помощи дорожающих ресурсов направляет доходы от стран-импортеров, среди которых много технологически развитых экономик, к странам-экспортерам, среди которых, напротив, немало отстающих государств.

Бесспорно, что отсутствие качественного образования создает колоссальный разрыв в уровне профессионализма между странами. И судя по всеобщей растерянности сегодня, когда цены на нефть опускаются до все новых и новых локальных исторических минимумов, увлекая за собой и доходы, россияне действительно живут в одной из экономик, испытывающих затруднения в гонке за технологиями. Последствия этой структурной экономической проблемы могут обнаружиться и за пределами экономики, в политике.

Сегодня опрошенные «Левада-центром» индивиды предпочитают наполнять холодильники при помощи политики перераспределения или ресурсного роста, а не за счет реформ из-за своего восприятия событий 1990-х. Однако в будущем похожее отношение к реформам может быть мотивировано другой причиной. Вполне вероятно, что результатом реализации реформистского сценария может стать экономический рост, основанный на большем распространении мировых технологий в России. Но к этой технологической гонке большинство соотечественников, вполне вероятно, будут не готовы ввиду дефицита знаний, необходимых для работы с современными технологиями. Как следствие, в такой ситуации вероятен рост неравенства доходов: плоды от основанного на распространении технологий экономического роста будут в основном доставаться небольшой когорте высококвалифицированных специалистов, в то время как положение подавляющего числа россиян почти не изменится.

Казалось бы, проблему поддержки реформ можно было бы попробовать смягчить при помощи большего распространения современных знаний. Однако предложение качественного современного образования в России оставляет желать лучшего и пока здесь нет особых шансов на перелом. Кроме того, в зрелом возрасте людям будет не так просто сделать шаг в интеллектуально новый современный профессиональный мир. И в будущем реформы могут ассоциироваться с опасениями остаться на обочине экономического роста, основанного на развитии технологий.

Это означает, что принципиально новая реформистская политика, вероятно, еще долго не будет пользоваться устойчивой массовой поддержкой и вполне удовлетворительной для большинства вновь будет лишь вариация уже знакомой нам, устоявшейся политики.

Автор – старший научный сотрудник Института экономической политики им. Гайдара