Статья опубликована в № 4103 от 27.06.2016 под заголовком: От редакции: Замена принтера

Принтер на техническом обслуживании

Шестой созыв Госдумы закончил свою работу

Госдума шестого созыва завершила свою деятельность досрочно, за полгода до ранее запланированного окончания полномочий в декабре 2016 г., удостоившись похвалы президента «за готовность к консолидации ради дела». Редкое единодушие нынешней Думы и ее готовность выполнять волю исполнительной власти часто напоминали Верховный совет СССР.

Психоаналитики, вероятно, нашли бы причины тому в родовых травмах Думы последнего созыва. Выборы в декабре 2011 г. прошли с массовыми нарушениями, на которые, как и на протесты граждан, власть не обратила особого внимания. Зато Дума с сомнительной легитимностью стала еще более зависимой от исполнительной власти. Поворот к реакции после избрания Владимира Путина президентом привел к тому, что Госдума превратилась в механизм, быстро и без лишних обсуждений принимающий документы, необходимые исполнительной власти или ведомственным лоббистам.

Депутаты запретили усыновление российских сирот для граждан ряда стран, стигматизировали НКО, получающие пожертвования из-за рубежа, практически отменили свободу собраний и митингов, сильно ограничили свободу слова через закон о защите детей, закон о СМИ и антиэкстремистское законодательство, разрешили строительство в заповедниках, упростили процедуру изъятия земель для «футбольных» объектов и строительства в новой Москве и т. д. и т. п. Нынешний созыв Госдумы заслужил прозвище «взбесившийся принтер» за конвейерное принятие плохо проработанных новелл. Депутаты за девять сессий получили 6012 законопроектов, из которых рассмотрели по существу 4107. Предыдущий, 5-й созыв получил 4390 проектов и рассмотрел за восемь сессий 3201, 4-й созыв – 4808 и 2715 соответственно. Ключевые вторые чтения часто ограничивались несколькими минутами.

В сущности, принятие законов стало зависеть от согласования их с теми или иными группами интересов в исполнительной власти; какая-либо внутридумская экспертиза или дискуссия совсем перестали играть роль. Анекдотичными можно было бы назвать случаи с принятием «антитеррористического пакета» или изменений в закон о торговле (см. статью на стр. 19), когда новые нормы могли вноситься и убираться из пакета за считанные часы до голосования, – если бы эти случаи не били по правам граждан или по бизнесу. Даже Эдвард Сноуден был поражен «пакетом Яровой». «Этот закон отберет у каждого россиянина деньги и свободу, не улучшив безопасность. Не стоит его подписывать», – написал он в твиттере.

Еще в феврале 2014 г. помощник президента по правовым вопросам Лариса Брычева назвала качество законодательства «близким к катастрофе» и призвала депутатов «притормозить». Но призыв утонул в крымском единодушии. Внутривидовая конкуренция заставила депутатов соревноваться в мракобесии и абсурдных инициативах, чтобы подтвердить свою лояльность и получить проходные места на будущих выборах, отмечает политолог Николай Петров.

И ничто сегодня не говорит нам, что следующий состав Думы будет работать по-другому.