Статья опубликована в № 4139 от 16.08.2016 под заголовком: Трудная любовь

Сделайте нам красиво

Психотерапевт Кристоф Баго о том, почему французам трудно любить Россию

Вечером одного из душных воскресений июля мы, многочисленные парижане, теснились в зале кинотеатра с одной лишь целью: погрузиться в холодную красоту озера Байкал. В зале можно было видеть и совсем молодые лица, и людей среднего возраста, и группы друзей, и пары влюбленных, и семьи в полном составе. Не менее 300 000 зрителей с момента выхода на экраны этого фильма (а вышел он в середине июня под названием «В лесах Сибири») наблюдали за приключениями парижанина, который, стремясь освободиться от оков городской жизни, погружался в сибирскую зиму. Здесь уместно напомнить, что этот фильм – адаптация книги, которая пользовалась у французских читателей огромным успехом и была удостоена литературной премии в 2011 г.

Кто бы мог подумать, что русская провинция так легко заставит французов мечтать! Что она, эта самая провинция, станет – пусть только на то время, что длится фильм, – синонимом свободы, противоядием против той жизни, которая оставляет все меньше и меньше времени, чтобы задуматься об истинных ценностях: о природе, о смене времен года, о беге времени, об одиночестве и дружбе...

Два года назад я опубликовал во Франции свою первую статью, посвященную России. В ней я выразил поддержку России в самый разгар кризиса в Донбассе. Рядовой гражданин, я хотел высказать иную точку зрения на эти события, нежели истеричная французская пресса. Безусловно, кое-кто меня поддержал, но главным образом я удостоился многочисленных оскорблений: меня назвали «фашистом», меня заподозрили в том, что я член партии «Национальный фронт» (коим я никогда не являлся и не являюсь).

Любовь к России не просто так ассоциируется с «Национальным фронтом». Французская версия портала Russia Today отводит привилегированное место друзьям Марин Ле Пен. Имя «Ле Пен» там упоминается больше, чем имя экс-президента Саркози, и частота упоминаний Ле Пен далеко опережает частоту упоминаний имен всех лидеров оппозиции, включая тех, кто имеет шансы выиграть президентские выборы весной 2017 г. Если бы редакция французской версии Russia Today захотела стать «Голосом «Национального фронта», ничего лучшего она бы уже не придумала. И ничего лучшего, чтобы перестать пользоваться авторитетом у подавляющего большинства населения, которое как раз таки ищет альтернативные источники информации.

Средний француз мало что знает о современной России. Его представление искажено журналистами, создающими пугающий образ России. Ваш кинематограф, ваша музыка нам практически не известны, так же как и современная российская кухня и, наконец, ваш образ жизни.

Чем же занимаются ваши официальные представительства за рубежом? Посольство кажется недоступным, российский культурный центр в спячке... Вот почему французы чаще мечтают о Большом Каньоне, чем об озере Байкал.

На этом фоне soft power США продолжает работать. В 1945 г. 57% французов считали, что СССР – это страна, которая внесла наибольший вклад в победу над нацизмом (20% считали такой страной США), тогда как в 2004 г. 58% потомков тех самых французов уже видят победителями США и только 20% считают таковым СССР (данные Ifop).

Хотелось бы, чтобы Российская Федерация уделяла больше внимания своему имиджу за рубежом, мы ждем от вас большего, чем портал, саботирующий себя, и государственные структуры, поглощенные другими задачами. Конечно, новый русский Кафедральный собор, что строится в Париже, уже вызывает восхищение у парижан. Но что он значит для одной из наименее религиозных стран мира? Если Россия заинтересована в том, чтобы показывать себя с лучшей стороны в такой стране, как Франция, позволю себе дать совет:

– не говорите нам о Пушкине и Достоевском (те, кто должен любить ваших крупных писателей, уже любит их);

– не рассказывайте о войне (наша молодежь ею мало интересуется).

Просто подарите нам возможность мечтать, наслаждаясь фильмами об озере Байкал!

Автор – психотерапевт, автор книги «Империя стресса»