Статья опубликована в № 4151 от 01.09.2016 под заголовком: Право: За монополию

Адвокатская монополия необходима

Адвокат Андрей Юков надеется на рост профессионализма
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Пока Минюст работает над концепцией совершенствования рынка юридических услуг, предполагающей введение адвокатской монополии на представительство в судах, юридическое сообщество никак не находит равновесия. Кто-то считает монополию однозначно вредным институтом, другие соглашаются с тем, что не нужно форсировать ее введение, а гораздо важнее тщательно проработать вопрос. Не споря с тем, что вопрос, безусловно, требует весьма внимательного рассмотрения, рискну изложить несколько соображений в защиту адвокатской монополии.

Для меня не столько как для адвоката и юриста, давно находящегося в профессии, а скорее как просто для гражданина остро стоит вопрос профессионализма людей, оказывающих в нашей стране правовые услуги. Не так уж редки случаи, когда клиенты, обратившиеся за помощью в юридическую компанию, сначала получают три короба обещаний, а потом проигрывают в суде, даже если в деле изначально были все шансы на победу. Представляется, что корни у этой проблемы растут в двух направлениях: с одной стороны, некомпетентность судебных представителей, с другой – отсутствие этики в отношении клиента, вызванное отсутствием ответственности за действия юриста.

Здесь мы и упираемся в то, что этот рынок практически никак не контролируется: сегодня фактически любой человек, даже без высшего юридического образования, может открыть юридическую фирму и даже повесить вывеску «Адвокат». А его клиенты (а это, как правило, простые граждане или небольшие фирмы), привлеченные звучными обещаниями, фактически становятся жертвами недобросовестных предпринимателей, так как качество оказанных услуг порой оставляет желать лучшего. Сложность с доступом к квалифицированной юридической помощи особенно касается регионов с диким рынком, где порядочным адвокатам сложнее конкурировать с недобросовестными псевдоюристами.

Связано это с тем, что действенный механизм «обращения в вышестоящую инстанцию» есть только в адвокатских образованиях – если адвокат выполнил свою работу спустя рукава, у его клиента есть возможность подключить к проблеме его адвокатскую палату. Это дисциплинирует. Мы же сейчас имеем шанс расширить с помощью адвокатской монополии действие эффективного инструмента исключения из профессии тех юристов, которые не соответствуют высоким профессиональным и этическим стандартам. Кроме того, сама процедура получения адвокатского статуса отсеивает неквалифицированных и непрофессиональных юристов, а людям без образования туда никак не попасть.

Для тех, кого смущает сама формулировка «адвокатская монополия» в силу возможного ограничения конкуренции: с введением ограничения доступа на рынок для недобросовестных участников их место займут профессионалы. Это послужит развитию и поддержанию конкуренции в этой нише, и таким образом публичные интересы лишь выиграют от нововведения.

Самое интересное, что понимание этих аспектов вопроса есть и по ту сторону судебной стены: судьи устали от некомпетентности в процессах. Антон Иванов, бывший председатель Высшего арбитражного суда и уважаемый ученый, говорил, что участие непрофессионалов затягивает процесс, а также приводит к неравному положению сторон: преимущество заведомо имеет та из сторон, чьи интересы представляет квалифицированный юрист.

Процедура лицензирования и допущения к профессиональной деятельности существует сегодня во многих отраслях: во врачебной среде, среди банкиров, строителей и арбитражных управляющих, объединяющихся в саморегулируемые организации. Судебные представители несут не меньшую ответственность за последствия своей профессиональной деятельности, поэтому повода освобождать их от фильтра профпригодности в виде получения адвокатского статуса я не вижу.

Адвокатская монополия и аналогичные институты под разными названиями довольно широко распространены в мире: в Германии, Швейцарии, Португалии и Китае для представления интересов клиентов в суде необходимо состоять в адвокатских объединениях. Похожая система и в Англии, где этим занимаются солиситоры и барристеры. Недавно ограничение на представительство в судах было одобрено и на Украине. В 1990-х гг. переход к адвокатской монополии прошла Франция. И по свидетельству французских коллег, по итогам эта реформа однозначно положительно оценивается юридическим сообществом: с одной стороны, она повысила профессионализм практикующих юристов, с другой – дала им больший авторитет как представителям более крупной корпорации.

Автор – управляющий партнер КА «Юков и партнеры»

Читать ещё
Preloader more