Детали / Вещь недели
Статья опубликована в № 4201 от 11.11.2016 под заголовком: Вещь недели: Мешок с зерном

Ткачев, безденежье и русский Бог

Три версии рекордного урожая зерна

В 2009 г. правительство задумалось превратить Россию в мировую зерновую державу: первая стратегия развития подконтрольной государству Объединенной зерновой компании предполагала рост производства зерновых до 120 млн т к 2015 г. против 97 млн т в 2009 г. Годом ранее Россия собрала рекордные 108,2 млн т зерна. В последующие восемь лет рекорд оставался непобитым – только в этом году Россия соберет больше: не менее 117 млн т зерна, заверил на днях министр сельского хозяйства Александр Ткачев (более чем с 95% посевных площадей уже собрано свыше 114 млн т в весе после доработки).

Может показаться удивительным, почему при работающей программе поддержки отрасли и деньгах многочисленных инвесторов в период между двумя последними кризисами урожай в стране был в пределах 70–97 млн т при потреблении примерно 74 млн т, а к 2014–2015 гг. подрос до 105 млн т.

Есть версия метафизическая. Многие эксперты в годы хороших урожаев говорят, что повезло с погодой. И Ткачев, когда речь заходит о цифрах и урожае, всегда подчеркивает: при благоприятных погодных условиях. Но нашей богоспасаемой стране не может везти просто так; урожаи приходятся на самые кризисные годы – нет ли тут признака особого попечения свыше?

Есть версия качественного управления. Ее приверженцы рост урожая объясняют использованием передовых технологий, хороших удобрений, новой техники, соблюдением аграрных технологий. Министр Ткачев: «Таких результатов удалось добиться за счет роста урожайности, которая увеличилась на 60% – с 17 до 27 ц/га. Важно отметить, что при этом на треть сократились посевные площади – с 74 млн до 47 млн га» (цитирует его пресс-служба).

Третья версия – прагматическая. Почему большие урожаи в новой России случаются в кризис? В кризис деньги дорогие или их вовсе нет. А в связи с зачисткой в банковском секторе деньги стало все труднее обналичивать. Когда из-за засухи в 2010 г. урожай не дотянул даже до 61 млн т, аналитики и чиновники оперировали наукообразным понятием «неучтенное зерно». Это когда урожай есть в амбаре, но его нет по документам, а соответственно, и по данным Росстата. Точно посчитать, сколько уродилось в стране зерна, невозможно (это признают и сотрудники Росстата, и профильные чиновники): сколько написал хозяин зерна в ведомости, столько и будет. Зерно – экспортный товар, и, когда денег нет, его становится больше.

По стратегии развития зернового рынка, подготовленной Минсельхозом, к 2030 г. производство зерна должно превысить 130 млн т. Минэкономразвития ожидает восстановления роста экономики уже в следующем году. Это явно противоположные прогнозы.