Декларации надежды

Власть вынуждена реагировать на обвинения в коррупции
Е. Разумный / Ведомости

Декларационная кампания в нынешней России вызывает на первый взгляд все большее недоумение. Законно объявленные доходы и имущество чиновников и депутатов так сильно противоречат законно необъявленным, что кажется, декларации потеряли смысл. Но смысл как раз в противоречии.

Институт декларирования доходов и имущества как антикоррупционная мера придуман для демократий. Предполагается, что ему должны соответствовать и другие институты, например контроль со стороны общества и независимых СМИ – в нашем случае чиновники отчитываются не перед обществом, а перед специальными комиссиями внутри власти. Институт репутаций в России также не работает, что снижает стимул быть правдивым в декларации. Или институт выборов – на их исходе соответствие декларации истине никак не сказывается. В общем, не были демократией, не стоит и начинать?

Скажем, после расследования Фонда борьбы с коррупцией «Он вам не Димон» как-то совсем мало доверия официальной декларации премьер-министра: Дмитрий Медведев заработал в 2016 г. 8,5 млн руб., а из имущества у него квартира площадью 367 кв. м, автомобили ГАЗ-20 («Победа»), ГАЗ-21 и арендуемый участок в 47 соток. Да и президент Владимир Путин аскет – заработал около 8,86 млн руб., из имущества задекларированы земельный участок в 15 соток, квартира площадью 77 кв. м и гараж, два автомобиля ГАЗ-М21, одна «Нива» и автомобильный прицеп «Скиф». Ничто на фоне расследований о панамских офшорах, специальной роли «Роснефтегаза» и т. д.

Вы видите часть этого материала
Подпишитесь, чтобы дочитать статью
Подарки за годовую подписку