Статья опубликована в № 4380 от 08.08.2017 под заголовком: От редакции: Три года под эмбарго

Три года под эмбарго

Россияне привыкли отделять внешнюю политику от своего благополучия
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Российские контрсанкции преследовали две цели: внутренний пиар и создание льготных условий для российских производителей (особенно производителей с хорошим административным ресурсом). Издержки, выражающиеся в росте цен и падении качества, были успешно переложены на потребителей. Три года эмбарго показывают, что потребители привыкли.

Три года назад, 6 августа 2014 г., Владимир Путин подписал указ «О применении отдельных специальных экономических мер в целях обеспечения безопасности Российской Федерации», установивший запрет на импорт продуктов из государств, которые ввели персональные и секторальные санкции против России из-за присоединения Крыма и конфликта в Донбассе. Контрмеры распространились на другие страны. С августа 2015 г. началась ликвидация запрещенных продуктов. В этот понедельник Россельхознадзор отчитался, что за два года уничтожено 16 748 т продуктов растительной и 475 т животной пищевой продукции.

Даже демонстративное уничтожение продуктов в условиях роста цен мало сказалось на отношении к западным санкциям и российским контрсанкциям, отмечает руководитель отдела социокультурных исследований «Левада-центра» Алексей Левинсон. В августе 2014 г. положительно к контрсанкциям относилось 78%, в августе 2015 г. – 68%, в апреле 2017 г. – 65%, отрицательно – 13, 24 и 21% соответственно. Обыватели делают вид, что не замечают сокращения ассортимента, снижения качества и серьезного подорожания многих продуктов и товаров повседневного спроса или не связывают его с санкциями. Что отчасти правда: скажем, рост цен является фоном едва ли не всей жизни россиянина после распада СССР, а реальный вклад в инфляцию последних трех лет внесла и девальвация декабря 2014-го, и другие проблемы экономики (они тоже связаны с санкциями, но не всегда прямо). А продукты низкого качества многие россияне покупали и до санкционной войны.

По данным «Левада-центра», в августе 2014 г. 79%, а в апреле 2017 г. 75% опрошенных считали, что санкции не создали им и их семье никаких особых проблем, серьезными или очень серьезными последствия санкций называли 16 и 19% соответственно. Окрепла уверенность в действенности российских контрмер. В августе 2014 г. 43%, по данным «Левада-центра», считали, что они в равной степени наносят ущерб России и Западу, 32% полагали, что больше пострадает Запад, 13% – Россия. В апреле 2017 г. 40% были уверены, что бо́льшие потери от контрсанкций несет Запад, 35% считают ущерб равным, бо́льшим для России – 12%.

Эти ответы базируются на державной идеологии и уверенности в правильности внешней политики России, а не на реальной цене продуктов и изменении их качества, говорит Левинсон. Ожидавшаяся война холодильника и телевизора не состоялась. В сознании большинства санкции и контрсанкции и жизненные неурядицы воспринимаются как нечто единое, происки врагов. Российский ответ на них считается верным, престиж остается более важным, чем качество жизни, и в обозримом будущем это вряд ли изменится.

Полная версия статьи. Сокращенный газетный вариант можно посмотреть в архиве «Ведомостей» (смарт-версия)

Читать ещё
Preloader more