Статья опубликована в № 4402 от 07.09.2017 под заголовком: Миграционная политика: (Не)управляемая миграция

Удастся ли Европе отдать вопросы миграции на аутсорсинг

Исследователь миграции Ольга Гулина об инициативе первичного контроля мигрантов в Африке

Миграционный саммит, собравший лидеров Франции, Германии, Италии, Испании и трех стран Африки – Чада, Нигера и Ливии, – завершился на прошлой неделе в Париже. Это не первый и вряд ли последний такой саммит, но августовская встреча в Париже особая. Она будет иметь серьезные последствия в политике и взаимоотношениях континентов.

Повестка саммита была посвящена поиску конкретных решений по остановке потока мигрантов из Африки в Европу. Сегодня многие из них через границы Нигера и Чада прибывают в Ливию, откуда начинается вояж в Европу. Это опасное, рискованное и очень дорогое путешествие, цена которого варьируется от 4000 до 7000 евро за человека. Помимо денег на кону жизнь каждого, кто устремляется по морю за убежищем в Европу. За два последних года – с 1 сентября 2015 г. по 31 августа 2017 г. – морская пучина поглотила более 8500 человек, хотя еще большее число пропало или умерло в пустыне Сахаре. Сложность ситуации в том, что нужно остановить проникновение мигрантов из Африки в Европу, соблюдая права человека и не роняя престижа Европы на международной арене.

Для выполнения этой задачи на территории стран Африки – Ливии, Нигера и Чада – предлагается создать центры размещения (hotspots) тех, кто подпадает под описание Женевской конвенции о беженцах и может рассчитывать на получение этого статуса на территории Европы. Все другие, устремляющиеся в Европу за лучшей жизнью, не смогут рассчитывать ни на убежище, ни на перемещение в Европу, и специальные силы будут контролировать этот процесс. Участники саммита поддержали идею совместного патрулирования континента военными силами Мали, Мавритании, Буркина-Фасо, Нигера, Чада, Франции и MINUSMA (миссии ООН по поддержанию мира в Мали) для противодействия контрабанде людей и их незаконной перевозке в Европу.

Механизм отбора тех, кто имеет право на убежище, не совсем понятен. Не ясно и кто принимает окончательное решение по этому вопросу. Еще в июле идея Эммануэля Макрона о создании филиалов OFPRA – французского офиса по защите беженцев и людей без гражданства – в Ливии была отклонена из-за непрозрачной процедуры ее реализации и множества противоречий с действующим правом ЕС. На саммите в августе эта же идея получила одобрение, хотя президент Чада Идрис Деби заявил, что на его территории никакие центры открыты не будут. Национальные службы страны будут содействовать миграции тех, кто уже находится на территории Чада и имеет статус беженца по Женевской конвенции.

Данные Международной организации по миграции показывают, что человеческий поток по морю из Африки в Европу снизился. С января по август 2017 г. было зарегистрировано прибытие 121 517 человек – преимущественно в Италию (98 282), Грецию (14 349), Испанию (8385) и на Кипр (501). Цифра за аналогичный период 2016 г. была в 3 раза выше – 363 401 человек. Большинство из этих людей не получат убежища или иной формы защиты в Европе и будут депортированы из центров размещения в страны своего происхождения. Цена этого удовольствия для европейских налогоплательщиков растет с каждым годом. Она сильно зависит от условий и страны происхождения заявителя: депортация одного человека из Германии в Албанию обходится в 1000 евро, а депортация в Нигерию может стоить до 9000 евро с учетом сопровождающего персонала и самого перелета. Расходы Frontex (агентство ЕС по безопасности внешних границ) на депортацию лиц, не получивших убежища и не имеющих права на иные формы международной защиты, растут ежегодно в геометрической прогрессии: 11 млн евро в 2015 г., 34 млн евро в 2016 г. и запланированные 66,5 млн евро в 2017 г.

Нет сомнений в том, что первоначальное рассмотрение прошений на убежище может быть произведено в странах Африки, максимально приближенных к странам происхождения мигрантов. Сегодня центры приема и размещения мигрантов из стран Африки находятся на территории Европы: четыре центра в Италии и пять – в Греции. Страны ЕС вынуждены затрачивать большие финансовые и институциональные ресурсы, которые, однако, не позволяют разрешить ситуацию.

Итоги парижского саммита неоднозначны. Предложенный механизм предусматривает, что первоначальный контроль за потоками мигрантов в Европу будет зоной ответственности Ливии – страны, до сих пор раздираемой последствиями гражданской войны и лидирующей в списке нарушений прав человека. Другие африканские страны – участницы парижского диалога тоже не отличаются демократическими институтами и свободами. На территории Чада, Нигера, Мали оперирует «Боко харам», вторая после ИГ (обе запрещены в России) группировка в глобальном индексе терроризма. По оценкам Freedomhouse, все эти страны отличают серьезные нарушения политических и гражданских прав, что поднимает вопрос о легитимности и прозрачности процедур рассмотрения прошений об убежище в Европе.

Африка – континент, откуда мигрируют с целью изменить свою жизнь – или по крайней мере сделать попытку. Это континент с нераскрытым экономическим потенциалом, огромными залежами природных ископаемых и позитивной демографической динамикой. А также с большим дефицитом рабочих мест и микроскопической межстрановой торговлей.

Парижский саммит 2017 г., конечно, несопоставим с берлинской встречей 1884 г. о судьбе Африки под председательством Отто фон Бисмарка, на которой присутствовало более 50 делегатов-европейцев и ни одного африканца. Хотя репрезентативность оказала мало влияния на суть современных решений. Они по-прежнему исходят из ожиданий европейского электората и страхов старушки Европы перед наплывом мигрантов, а не из интересов стабильности и безопасности в Африке и поиска путей экономического сотрудничества двух континентов. В долгосрочной перспективе центры размещения мигрантов в Африке и право на убежище по условиям Женевской конвенции – это не решение вопроса о неконтролируемых людских потоках, а лишь небольшая передышка, потому что ни страхи, ни ожидания электората, ни политические инсинуации не способны остановить массового хаотичного перемещения людей.

Автор – директор Института миграционной политики, Берлин

Полная версия статьи. Сокращенный газетный вариант можно посмотреть в архиве «Ведомостей» (смарт-версия)

Tiltyler
10:23 07.09.2017
Сложилось впечатление, что человек, претендующий на то, чтобы считаться экспертом, знакомился с итогами саммита только по пересказу в прессе в третьей стране. Во-первых, начнем с терминологии. Никаких "hotspots" в тексте совместного заявления и приложения к нему нет и в обиходе этого тоже больше нет. От этого термина решено было отказаться в пользу "mission de protection". Хотя по сути это то же самое. Но если эксперт не знает об изменении терминологии в принципиальном документе, то какое к нему доверие? Во-вторых, постоянно муссируется Ливия, создавая ощущение, что центры будут созданы и там. Первоначально это действительно планировалось еще в конце июля, но от этой идеи отказались еще до саммита. В-третьих, с Чадом, по крайней мере пока, все в порядке. Вместе с Нигером, это две страны, где создание таких центров как раз предполагается итогами саммита. В-четвертых, непонятно, что непонятного с процедурой. Все записано в документах, надо только открыть и прочитать.
00
Комментировать