Конкуренция с секретом

Не самые выдающиеся результаты работы системы госзакупок — следствие того, что государство пытается одновременно сделать их прозрачными и защищать интересы силовиков
Максим Стулов / Ведомости

Стремление властей усовершенствовать госзакупки напоминают попытки реформирования избирательной системы, где задачи организации прозрачных выборов сочетаются с попытками сохранить предсказуемость результатов. Требования большей прозрачности и конкурентности в сфере госзакупок входят в противоречие с объясняемым интересами обороны и внешней политики засекречиванием торгов, что ведет к сужению конкуренции и скромному снижению цен.

Отчет Счетной палаты (СП) о развитии системы госзакупок за последние пять лет показал: попытки добиться повышения конкуренции поставщиков и снижения цен (а значит, экономии расходов госбюджета и средств налогоплательщиков) привели к довольно скромным результатам.

Нельзя сказать, что власть бездействовала. Были приняты законы, облегчившие доступ к госзакупкам малому и среднему бизнесу. По данным СП, в 2014–2018 гг. закупки у субъектов малого и среднего предпринимательства и социально ориентированных некоммерческих организаций выросли в 3,5 раза до 3,2 трлн руб.

Однако ситуация с закупками у единственных поставщиков не улучшилась. Принятый в декабре 2017 г. национальный план развития конкуренции предусматривал в том числе и подготовку госорганами и естественными монополиями плана по сокращению объема закупок у единственного поставщика. Однако, по данным СП, доля закупок у единственного поставщика, выбранного госзаказчиком, в 2018 г. составила 53,6% от их общей суммы.

В этом немалая заслуга самого государства. В исследовании «Трансперенси интернешнл – Россия» о госзакупках отмечается, что только в 2017 г. президент и правительство подписали не менее 93 актов о проведении закупок у единственного поставщика, на их основании заключили 3837 контрактов на 418 млрд руб. Иногда такие закупки вызваны политическими соображениями: их засекречивают в том числе для того, чтобы не подставлять компании под международные санкции, например за работу в Крыму. Соображениями безопасности и защиты гостайны силовики нередко объясняют засекречивание закупок, представляющих интерес для общественности. В конце 2017 г. право закрытых закупок получили Минобороны, ФСБ и СВР, в январе 2019 г. таких же прав попросила ФСО (проект находится в правительстве), в апреле – Росгвардия. Возможно, ее руководству не хочется публично отвечать, обоснованы ли претензии ФБК относительно завышения цен при закупке продуктов, и объяснять, зачем нужны блюда с позолоченной надписью «От директора Росгвардии» по 280 000 руб. за комплект. Власть, похоже, намекает, что хотела бы сделать закупки эффективнее, но готова не мелочиться, когда дело касается особо важных покупателей.