Как создать новые суды из старых судей

Адвокат Юлий Тай о том, кто вошел в состав кассационных судов общей юрисдикции
Максим Стулов / Ведомости

1 октября 2019 г. произошло поистине историческое событие: заработали апелляционные и кассационные суды в экстерриториальном режиме, т. е. находящиеся не в том же субъекте Федерации, в котором рассматривается дело судом первой инстанции. Каждый такой кассационный суд (КСОЮ) пересматривает судебные акты судов нескольких субъектов Федерации (от 7 до 13). Это первая за всю новейшую историю Российской Федерации судоустройственная реформа судов общей юрисдикции.

Изначальный замысел авторов реформы абсолютно правильный и полезный: создать структурно самостоятельные кассационные и апелляционные суды общей юрисдикции в целях максимального обеспечения их независимости и самостоятельности, что также позволит оптимизировать судебную нагрузку.

Проблема, однако, в том, что для реализации этой задачи вопрос территориальной отдаленности и размещения суда на территории другого субъекта Федерации – условие, безусловно, необходимое, но, увы, недостаточное. И извечный вопрос «А судьи кто?» тут ключевой.

В проверочных инстанциях дела рассматриваются коллегиально, в составе трех судей. От них требуется не только профессиональный юридический взгляд, но и, если угодно, жизненная мудрость, позволяющая оценивать обстоятельства дела и нормы права не только по букве, но и духу закона. Именно тут, в результате правового обсуждения тремя судьями в режиме тайны совещательной комнаты, кристаллизируется истина. Кроме того, правовые позиции этих судов становятся ориентирами для нижестоящих судов.

Судебная реформа открыла окно возможностей по формированию по-настоящему новых судов. Речь не про новые здания, а про появление новой, современной генерации судей, которые, обладая необходимыми знаниями, опытом, высоким уровнем независимости, широтой взглядов, смогут коренным образом изменить уровень судебной защиты граждан, стать настоящим заслоном на пути у огрехов, упущений и ошибок, допущенных нижестоящими судами, и будут содействовать формированию практики единообразного применения законов.

На мой взгляд, в эти суды важно было набирать, во-первых, самых профессиональных и опытных судей, учесть и статистику, и реноме в юрсообществе, и общественное мнение, т. е. руководствоваться меритократическими принципами отбора, а не непотическими (лояльность превыше профессионализма). Во-вторых, как мне представляется, полезно было бы дополнить судейский состав значимой – процентов на 30–40 – долей некадровых (т. е. вообще не имеющих судейского стажа) кандидатов: ученых, сотрудников прокуратуры, госслужащих, адвокатов, корпоративных юристов. Они способны значительно изменить подход и взгляд на рассмотрение дел в кассации, добавив альтернативное видение обычному судейскому modus operandi.

Вышло, однако, иначе.

ВККС – орган, который осуществляет отбор судей – в 2019 г. работала поистине стахановскими темпами, отделяя зерна от плевел. Все профессиональное сообщество очень внимательно следило за процессом отбора и за его результатами. Очень интересно и познавательно было наблюдать за тем, какие вопросы претендентам задают члены ВККС и что те отвечают. Есть, конечно, классические и привычные вопросы – вроде конфликта интересов, оплаты штрафов за нарушение ПДД претендентами и их родственниками, некорректного изложения информации в анкетах и декларациях (и, конечно, мой любимый вопрос к претендентам-мужчинам: «Служили ли в армии и если нет, то почему?»). Но были и новые – например, почему кандидат желал бы переехать в другой регион. Тут самый популярный вариант ответа был про родственников в другом городе или детей, которые учатся в вузе в том регионе, в который собирается судья: у некоторых членов ВККС такие ответы вызвали новые вопросы. Еще один важный вопрос – разговаривал ли кандидат с главой суда до подачи документов. Обычно рекомендуется обсудить возможность назначения до конкурса.

Кого же в итоге отобрали в новые суды? К 1 октября в новые кассационные суды (КСОЮ) президентом назначены 466 судей – это 65% от их штатной численности. Процесс набора судей еще не завершен, но уже сейчас, к сожалению, налицо очевидные признаки того, что реформа может не достичь поставленных целей и задач, поскольку реального обновления – ни качественного, ни даже территориального – пока не произошло.

Мной были изучены данные всех назначенных судей. Меня интересовало, были ли они судьями до назначения в КСОЮ, в каком регионе работали до назначения, есть ли у них научные степени. Таким образом я хотел оценить степень обновления судейского корпуса – или же констатировать, что старые судьи просто получили новый статус и новые кабинеты. Изучались только суды кассационной инстанции, поскольку им подведомственны почти все дела, рассматриваемые районными судами.

Оказалось, что из 466 судей только трое до назначения были не судьями, а учеными – преподавателями вузов. Все они были назначены в Первый КСОЮ (Саратов), который нами удостоен номинации «Самый наукоемкий суд»: в нем работают 10 кандидатов юридических наук и даже один судья с докторской степенью.

В номинации «Все флаги в гости будут к нам» победил Шестой КСОЮ: там будут работать 8 бывших арбитражных судей и еще 3 из военных судов. Возможно, это объясняется тем, что у председателя Шестого суда в анамнезе руководство гарнизонным военным и Одиннадцатым арбитражным апелляционным судами.

В номинации «Варяги» победил Второй КСОЮ (Москва): в его составе судьи из 28 регионов России. Но он такой один: большинство судов оказались сформированы по принципу «где родился, там и сгодился», причем доля «местных» судей (или даже судей из одного суда) в некоторых КСОЮ превышает 50% (см. таблицу). Эти данные наглядно демонстрируют, что в Шестом, Седьмом, Восьмом и в особенности в Девятом КСОЮ никакого обновления не произошло. А значит, ожидать здесь каких-то глобальных изменений поведенческих паттернов и судебной практики могут только люди в розовых очках.

Но это не единственная тревожная тенденция. Как показал наш анализ, почти во всех судах кадровый состав зависит не только и не столько от того, где работали до назначения сами судьи, сколько от того, где работал председатель соответствующего КСОЮ. Иначе говоря, председатели просто привели свои команды – это точно касается Седьмого, Восьмого и Девятого судов. Есть две бросающихся в глаза аномалии – «нижегородская» и «башкирская»: председатели Второго и Пятого КСОЮ взяли с собой не только своих заместителей, но и огромное количество судей из судов, которые они ранее возглавляли (20 и 13 судей соответственно).

Само желание руководителя суда работать с судьями, которых он знает и понимает, что от них можно ожидать, по-человечески совершенно понятно и неудивительно. Но вряд ли оно отвечает глобальным целям реформы, а комфорт и удобство руководителей судов к ним точно не относятся. Точнее будет сказать, в какой-то части им явно противоречит.

Будучи неисправимым оптимистом и не желая быть алармистом, я хотел бы надеяться, что эти результаты первого этапа реализации реформы будут изучены и проанализированы – и оставшиеся 35% судейского корпуса будут набираться «с чувством, с толком, с расстановкой», а главное – в соответствии с декларируемыми целями изменений. Ведь даже 10% пассионарных, независимых и компетентных судей могут значительно изменить правовой ландшафт и повысить уровень судебной защиты граждан.

Автор — управляющий партнер адвокатского бюро «Бартолиус»