Дивиденды приносятся в жертву культу роста

Накачка компаний инвестициями ради взращивания «единорогов» создает риски для бизнеса
Именно рост ставится консультантами во главу угла развития корпораций /PIXABAY

В последние годы говорить о дивидендах стало как-то даже неприлично и несовременно. Мне часто приходится слышать от менеджмента, что собственники забирают слишком много из прибыли, почему бы им всю ее не оставлять в компании на развитие? Но ведь бизнес создается или покупается акционерами, как правило, именно с целью получения дохода в результате распределения прибыли.

У покушения на дивиденды чаще всего две причины. Первая – кризисы. Например, En+ Group позавчера сообщила, что не будет выплачивать в этом году дивиденды из-за нестабильности, вызванной пандемией.

Но чаще ограничения дивидендов связаны с другой бедой – культом роста.

Фетиш роста, являющийся причиной оппозиции дивидендам, создан инвестиционными фондами, консультантами и профессорами бизнес-школ. Именно рост ставится ими во главу угла развития корпораций. Мол, стабильные компании стали малопривлекательны для инвесторов, зато компании с «перекачанным» потенциалом роста, пусть бы и без прибыли, становятся «единорогами». Например, Tesla Motors стоит сегодня $365 млрд при выручке за 2019 г. $7,38 млрд и чистом доходе $105 млн. А кратно большая Nestle s. a. – с выручкой $26,4 млрд и чистым доходом $2,38 млрд – стоит $347,6 млрд. Многие скажут, что инвесторы голосуют за будущее электромобилей. Но разве еда при бурном росте населения не перспективна?

Даже неплохо чувствующие себя компании вынуждены вступать в эту гонку, опасаясь, что «заправленные» инвестициями выскочки вытеснят их с рынка. В результате в угоду росту спокойные фирмы попадают в кредитную кабалу, разбазаривают деньги на маркетинг, входят в неочевидные инвестиционные проекты.

Прошедшие кризисы, конечно, испытывали культ роста на прочность: раздутая капитализация падала вместе с котировками, а margin calls лишали собственников контроля. Но игра на повышение возобновлялась, топ-менеджеры подписывались под новыми целями с многомиллионными бонусами, и гонка за рост выходила на новый виток, не оставляя для дивидендов места в парадигме, где главное для собственника – выгодная продажа бизнеса, а для менеджмента – разгон темпов роста для этой продажи (к собственной, кстати, выгоде – за счет бонусов за достижение KPI, связанных с ускоренным ростом).

Но продажа компании – это вишенка на торте. Сколько историй, когда владельцы отказывались от выгоднейших сделок, надеясь на более высокую цену, но через короткое время бизнес не стоил и десятой части предложенной цены. Сам же «торт» – это дивидендная политика, сбалансированная между интересами акционеров и реальной потребностью компании в инвестициях. Способность платить дивиденды из свободного денежного потока – один из фундаментальных признаков здоровья любой компании.

Российские публичные компании пока все же балуют своих инвесторов. «Лукойл» за последние 10 лет увеличил дивиденды на акцию более чем в 7 раз, МТС – в 3,5 раза, «Газпром» – более чем в 7 раз, есть и многие другие примеры. Так что для тех акционеров, кто верит в старую добрую дивидендную модель, не все потеряно.