Страна заводов

Как меняется восприятие крупных промышленных предприятий
Андрей Гордеев / Ведомости

Крупный российский предприниматель как-то заметил: «Как бы ни развивались цифровые технологии, реальный контроль принадлежит тем, у кого в руках рубильник». При всем глобальном цифровом хайпе Россия на уровне своих культурных кодов остается индустриальной страной – и для большинства населения, и для элиты промышленные активы обладают гораздо большим значением, чем создание цифровых приложений, а ностальгические воспоминания о Советском Союзе тесно связаны с эпохой больших строек.

При этом виден разрыв между индустриальными стереотипами и реальными практиками. Для значительной части населения завод по-прежнему – огромная территория, обнесенная забором, к которому по утрам, как по гудку, стекаются потоки рабочих. Как правило, такое предприятие входит в промзону – пространство техногенной тотальности, воплощение «антиприродности» человеческой деятельности.

Для бизнеса, который заинтересован в строительстве новых предприятий, было бы полезно преодолевать эти представления.

Как замечает директор Института изучения развивающихся рынков «Сколково» Алексей Калинин, «в своем пределе современное предприятие – это экологически нейтральный объект, лишенный людей. Если через пару десятков лет собственник решит разобрать завод, на его месте могут пастись коровы. Никаких препятствий для этого не будет».

Несколько дней назад «Сибур» – компания, являющаяся одним из основных «заводомейкеров» страны, – начал стройку одного из крупнейших в мире газохимических комплексов стоимостью $11 млрд. Персонал этого предприятия не превысит нескольких сотен человек (хотя в прошлом их набралось бы несколько тысяч), из которых 85% будут инженеры. Пролетариат почти полностью замещается инженерным классом. Но есть и более глубокие изменения сущностной роли человека.

В «Сибуре» рассказывают, что если раньше работник просто контролировал датчики приборов, наблюдая, чтобы их показатели оставались в нужном диапазоне, то теперь он как бы сращивается с искусственным интеллектом всего предприятия: они оба становятся участниками процесса по выработке оптимальных решений в каждый момент времени. На мониторе работник будет видеть не только производственные параметры, но и их влияние на окружающую среду и финансовые параметры – включая корреляцию с личным доходом. Иными словами, он полностью интегрирован в процесс создания стоимости и устойчивого развития.

Проблема сегодня не столько в ресурсах и рынках, сколько в дефиците команд, которые могут проектировать подобные объекты с нулевой фазы. Как правило, они вырастают внутри отдельных холдингов и становятся их уникальным преимуществом, в том числе новым видом рыночного предложения. Внешние инвесторы приходят в такие структуры за компетенцией в строительстве новых предприятий. Те, кто прочно закрепится на этом рынке, станут технократической элитой будущего.