Возвращение материализма

На наших глазах происходит смена философских вех
PIXABAY

Проблема неравенства не нова, но общество решает ее по-разному. С 1990-х и до времен президентства Барака Обамы с расизмом в США боролись на уровне языка, запрещая стигматизирующие слова. Гендерное неравенство пытались выправить, вводя в лексику феминитивы. Но сегодня в центре внимания оказалось материальное неравенство между полами и расами, а значит, социальное устройство и экономика. Разворот от дискурсов и идентичностей к материальным условиям – главная культурная тенденция современности.

До 1960-х материализм был культурным фундаментом всех развитых обществ. «Непредвзятая» наука служила ядром идеологического аппарата и марксистам, и либералам, и даже нацистам.

В 1979 г. Жан-Франсуа Лиотар в книге «Состояние постмодерна» писал, что современность заканчивается вместе с кризисом «метанарративов» – идеологических конструкций, которые увязывали научную картину мира с социальными проектами – от коммунизма до демократии. Наступившая эпоха «постсовременности» противопоставила порядку хаос, универсальности – разрозненные «нарративы», научной рациональности – чувствительность. Авторитет ученых упал, на их место пришли те, кого считали фриками. Герои Владимира Высоцкого пишут из сумасшедшего дома: «Треугольник вас, ученых, / Превратит в умалишенных, / Ну а нас – наоборот». Гагарин слетал в космос, не встретил там бога, но на Земле все равно начался ренессанс религиозности, метафизики и «духовности».

На смену социальным движениям, созданным материальными обстоятельствами, – классу или нации – пришли сотканные из абстрактных доктрин «идентичности». Социальные науки переключились на дискурсы – т. е. на то, что субъекты сами рассказывают о себе, – отказавшись от амбиции распознать то, чем они являются «на самом деле».

Старый материализм был подорван кризисом общества, которое строило на нем свою идеологию. Но теперь в полосу кризиса вступило общество постмодерна. Изменение климата заставило обратиться к экономическим и экологическим границам существующей системы. Анализ неравенства вытесняет из повестки проблематику институтов в экономической науке (Пикетти, Стиглиц). Десятилетняя стагнация заставляет переосмыслять капитализм как систему (мир-системный подход). Даже в ставших символом постструктурализма Gender Studies происходит возвращение от определения гендера как социального конструкта к телесной и классовой проблематике.

Все это качнуло идеологический маятник в обратную сторону. В России рост интереса к научно-популярному контенту начался в 2012 г. Интеллигенция, разочарованная поражением Болотной и отсутствием перемен, сформировала спрос на Новое Просвещение. С тех пор youTube-аудитория российских проектов «Арзамас» и «Постнаука» удваивается каждый год и уже приближается к 2 млн подписчиков.

В XVIII столетии страсть к Просвещению, как известно, завершилась штурмом Бастилии.