Манежка 10 лет спустя

Опасность межнациональных конфликтов снизилась, но не исчезла
Участники акции в память об убитом фанате «Спартака» Егоре Свиридове на Манежной площади в 2010 г. /Илья Варламов / РИА Новости

Можно без преувеличения сказать, что в конце 2010 г. каждый россиянин если и не принимал личного участия в массовых выступлениях, то внимательно следил за новостями. За прошедшее десятилетие подробности могли забыться, поэтому вспомним хронологию событий.

6 декабря 2010 г. выходцы с Северного Кавказа в районе Кронштадтского бульвара в Москве избили и ограбили пятерых молодых людей, один из потерпевших скончался. Милиция сработала профессионально: в течение получаса шестеро подозреваемых молодых кавказцев были задержаны и доставлены в ОВД «Головинский». Старшему из задержанных – Аслану Черкесову – исполнилось 26 лет, четверым было от 19 лет до 21 года, один оказался несовершеннолетним. На одежде задержанных обнаружены следы крови.

Вскоре к ОВД стали съезжаться машины с дагестанскими номерами. Представителей диаспоры было так много и вели они себя столь вызывающе, что был вызван ОМОН. Под утро всех задержанных, кроме Черкесова, отпустили. Похоже, дело собирались спустить на тормозах. Но убитый Егор Свиридов принадлежал к сплоченному спартаковскому объединению «Фратрия». Фанаты опубликовали в интернете заявление и перекрыли Ленинградский проспект. Протесты приобрели массовый характер. Митинги прошли во многих российских городах, в том числе непосредственно под стенами Кремля – на Манежной площади. Власть была вынуждена реагировать. Первые лица государства встречались с митингующими и футбольными фанатами. Владимир Путин возложил цветы на могилу Свиридова. Отпущенных стали отлавливать по одному. Позже суд назначил Черкесову наказание – 20 лет, остальным – по 5 лет лишения свободы.

Многие российские СМИ в то время осуждали «националистический погром на Манежной», а всю ответственность за беспорядки возлагали на русских националистов. Однако большинство россиян придерживалось иной точки зрения. В начале 2011 г. по заказу Общественной палаты РФ я провел опрос, результаты которого показали, что 76% российской молодежи поддерживало выступления на Манежке. Сами же выступления участники опроса называли протестом против коррупции и этнической преступности. Роль русских националистов в событиях 10-летней давности не стоит преувеличивать. Тем не менее невозможно отрицать тот факт, что тысячи молодых россиян стояли под националистическими плакатами и скандировали националистические лозунги. Это, судя по всему, сильно напугало российские власти, понимавшие опасность межнациональных конфликтов для многонациональной и многоконфессиональной Российской Федерации.

За последующие годы русский политический национализм перестал существовать: были ликвидированы организации, закрыты СМИ, лидеры националистов прекратили активную политическую деятельность. Так, Дмитрий Демушкин и Александр Белов получили длительные сроки заключения и после освобождения в политику не вернулись; Вячеслав Мальцев эмигрировал; Константин Крылов умер от инсульта; Максим Марцинкевич (Тесак) недавно был найден мертвым в камере следственного изолятора. Из медийного пространства были устранены многие националистические ресурсы, в том числе популярное интернет-издание «Спутник и погром» было заблокировано по требованию Генпрокуратуры и в виде собственной тени продолжает почти незаметное существование в социальных сетях; перестал издаваться претендовавший на научную респектабельность журнал «Вопросы национализма».

Русский национализм из политического пространства сегодня устранен, но значит ли это, что вместе с ним исчезла и опасность межнациональных конфликтов? Вовсе нет.

В конце августа текущего года в центре Москвы после бытового словесного конфликта выходцы с Северного Кавказа напали на своих оппонентов, одного из них забили до смерти. И само преступление, и развитие ситуации вплоть до деталей повторило события декабря 2010 г., приведшие к Манежке: тот же возраст нападавших (старшему – 27, остальным – 18–22); убитым тоже оказался известный в социально активной среде человек – на этот раз активист «Антифа» Алексей Сутуга по прозвищу Сократ; полиция опять сработала высокопрофессионально и по горячим следам задержала нападавших; на одежде подозреваемых были обнаружены следы крови.

И снова, как в декабре 2010 г., стали происходить странные вещи. Нет, на сей раз машины с кавказскими номерами не окружали здание ОМВД. И полицейские не просили защиты у ОМОНа. Но 10 сентября адвокат потерпевшей стороны Светлана Сидоркина сообщила, что родные не могут похоронить Сутугу, так как исчезло уголовное дело.

В этом месте хочется вслед за непревзойденным оратором воскликнуть: «Отродясь такого не было, и вот опять!» Неужели урок Манежки так и не был усвоен? Правда, сама адвокат называет эту ситуацию «банальной бюрократической неразберихой». И это тот редкий случай, когда бюрократическая неразбериха кажется хорошим вариантом.