Что случилось с Госсоветом?

Почему президентский законопроект о Госсовете не оправдал ожиданий экспертов
Сергей Портер / Ведомости

Люди, интересующиеся политикой и ознакомившиеся с содержанием внесенного президентом законопроекта о Госсовете, испытывают разочарование: он оставляет главу государства в том же периметре прав и обязанностей. Любопытствующие сравнивают итоговый документ с теми ожиданиями, которые создавали у наблюдателей эксперты-политологи, обсуждавшие в течение всего года и укрепление роли Госсовета, и наделение его разнообразными полномочиями и даже самостоятельным председателем.

Это очень ясно показывает зависимость экспертного сообщества от акторов системы – экспертам было важно разыгрывать тему как сотворение органа с самостоятельным аппаратным весом, достойным для трудоустройства уважаемых и влиятельных сотрудников системы. Отсутствие собственной информации и независимых взглядов опять сделало политологов участниками дискуссии, необходимой лишь для заполнения повестки, в то время когда система ищет решения и движется на холостом ходу. То есть, называя вещи своими именами, не более чем статистами.

Эксперты часто исполняют функции пропагандистов на подхвате – и это как раз один из таких случаев. Хотя, возможно, они просто транслировали мечты партии декоративной модернизации, желанной тем, кому все труднее выживать в складывающихся обстоятельствах и кто вынужден бороться за новые источники средств взамен ускользающих. Все происходит быстро, и есть опасность отстать навсегда, чего умным людям, конечно, не хочется.

Тем не менее что же все-таки случилось с Госсоветом? Почему такие авансы, щедро раздаваемые еще недавно будущим полномочиям совета, упоминание его в Конституции и, наконец, написание целого закона во исполнение конституционных поправок привели к таким тривиальным результатам? Ведь все описанное в законопроекте Госсовет мог делать и раньше, поскольку его возглавлял президент – со всеми вытекающими последствиями. Если складывать разнообразные события последнего времени, касающиеся внутренней политики, – такие, например, как подтверждение полномочий всех губернаторов перед последним единым днем голосования, отказ переноса выборов депутатов Государственной думы (о чем ходили упорные слухи), торможение реформы партийной системы и подтверждение амбиций всех парламентских партий, – получаются контуры победы той группы функционеров внутри системы, которая ратует за спокойное и обычное течение внутренней жизни. Она и так потрясается разнообразными нежелательными неприятностями, главная из которых, конечно, борьба с пандемией и сильнейший стресс, испытываемый системой от этой борьбы. Разумные и заботливые администраторы пришли к выводу, что дополнительным весом несущие балки конструкции лучше не нагружать. Она и так еле вывозит – на фоне описанных напряжений значительная часть сотрудников, не имея четких сигналов сверху и не зная, что транслировать вниз, испытывает отвращение к работе. А вторая волна ковид-одиссеи только усугубит эти тренды.

Помимо этого усиление Госсовета или новых партий не нравится устоявшимся акторам и стоящим за ними группам влияния – Белому дому и Госдуме прежде всего. Губернаторы, получившие большую свободу в силу складывающихся обстоятельств и принятой стратегии управления борьбой с вирусом, доставляют много новых хлопот министрам, которые, в свою очередь, желают оставаться сверху, а не ходить отчитываться на комиссии Госсовета. Молодые партии, рвущиеся на ринг, волнуют ветеранов публичного политического рынка, а те сообразно влияют на стабильную работу самой Думы и ее руководства.

Впрочем, создание такого умиротворяющего законопроекта для Госсовета не означает, что борьба за влияние на внутренний политический рынок закончена и партия стабильной простоты окончательно победила. Новаторы наверняка себя проявят, поскольку, обладая организмами с ускоренным метаболизмом, они не способны долго сидеть в засаде и ждать. Подготовка к выборам в Госдуму дает широкие возможности влияния на всю повестку и участие всех стейкхолдеров. Скучно однозначно не будет. В этом кейс Госсовета не должен никого обманывать и снижать концентрацию внимания к процессам, происходящим прямо сейчас.