Предел зеленой энергетики

Планы по сокращению господдержки ВИЭ обоснованны
PIXABAY

Альтернативная генерация в первую очередь развивается в энергодефицитных странах. Мощный толчок этому дала авария на японской атомной электростанции «Фукусима-1»: европейские зеленые развернули кампанию против мирного атома, в результате чего Германия сократила количество своих АЭС, а инвестиции в возобновляемые источники энергии (ВИЭ) полились рекой.

Не в последнюю очередь Евросоюз (ЕС) вкладывался в возобновляемую генерацию, надеясь на мультипликативный эффект. В начале 2010-х гг. ЕС был крупнейшим производителем оборудования для ВИЭ. Поэтому местные чиновники рассчитывали на резкий рост производства и занятости. Но в то же время производство оборудования наращивал Китай – более дешевого и хорошего качества. Европа пыталась вводить заградительные пошлины, но не помогло. Многие европейские предприятия в течение первых лет зеленого бума либо разорились, либо переехали в Китай. Сегодня эта страна – абсолютный чемпион и по производству оборудования для ВИЭ, и по вводу солнечных и ветровых электростанций.

Наличие собственного производства ветряков и солнечных панелей – важнейший фактор, влияющий на перспективы зеленой энергетики в стране. Европейцы действовали правильно, так как первоначально они не просто вливали деньги в новую генерацию на возобновляемых источниках, а загружали заказами свои предприятия. Но они просчитались с оценкой эффективности запускавшихся на тот момент китайских заводов.

Для России эта история важна тем, что первоначально «озеленение» нашей электрогенерации планировалось проводить на импортном оборудовании. Можно ли так делать? Безусловно. Но для нашей страны развитие возобновляемой генерации выглядело сомнительно само по себе, тем более на импортном оборудовании. Фактически это означает поддержку экономики Китая и ряда стран ЕС. Поэтому в программе развития энергетики до 2024 г. указана задача локализации производства оборудования для ВИЭ на территории России.

В отрыве от этой промышленной составляющей для нас развитие такой энергетики может преследовать две цели – обеспечение электроэнергией удаленных небольших потребителей и снижение углеродного следа продукции отечественных предприятий. Вопрос экологии вторичен, хотя для ряда охраняемых природных территорий применение ветрогенераторов и солнечных панелей может быть оправданным. Но при этом требуется помнить про необходимость резервирования традиционных мощностей, ведь ВИЭ – вещь непостоянная. Удивительно, кстати, что для ВИЭ не учитывается углеродный след таких резервных мощностей.

Необходимо помнить, что в конечном счете поддержка ВИЭ ложится на плечи потребителей: чем больше доля возобновляемой генерации, тем дороже цена электроэнергии. А, например, теплоснабжение для российских потребителей связано не только с комфортом, но с выживанием. Обогревать дом можно, конечно, и зеленым электричеством, но это будет не так эффективно и дешево, как при использовании традиционной теплоэлектростанции.

Развитие ВИЭ у нас происходит в рамках крупной программы обновления генерирующих мощностей. Реконструируются старые электростанции, строятся новые объекты, постепенно снижается удельный расход топлива на производство электрической и тепловой энергии. К началу 2020 г. установленная мощность всех электростанций объединенных энергосистем и Единой энергетической системы России превысила 246,3 ГВт. Планировалось, что к 2018 г. установленная мощность ВИЭ-электростанций на территории России достигнет 1,7 ГВт. Но этой цели достичь не удалось – к этому моменту была введена лишь половина планировавшихся мощностей, а к началу 2020 г. их объем достиг лишь 1,55 ГВт.

К 2024 г. доля установленной мощности генерации на ВИЭ в российской энергосистеме должна достичь 4,5%, но в данный момент она составляет только 0,65%. Если добавить сюда избыток генерирующих мощностей в нашей энергосистеме (что неплохо, это резерв для развития экономики), а также коронакризис, то необходимость чрезмерного спонсирования ВИЭ после 2024 г. представляется более чем сомнительной.

В связи с этим предложение МЭР о сокращении поддержки возобновляемой генерации с 2025 г. с 400 млрд до 200 млрд руб. выглядит оправданным. У нашей страны в этих мощностях нет никакой необходимости, а вопросы экологии гораздо эффективнее решаются путем модернизации имеющихся мощностей. Кстати, тот же Китай, развивая ВИЭ, не отказывается от угля, а проводит глубокую модернизацию угольных электростанций.

И если по-честному, не ударяясь в модную экологическую повестку, то выясняется, что Россия и так является одним из лидеров по доле возобновляемой генерации. Ведь гидроэлектростанции мощностью более 25 МВт, которые чисто юридически исключены из рядов зеленой генерации, занимают в структуре установленной мощности российских электростанций более 20% (почти 50 ГВт).