Скрытая пандемийная безработица никем не учитывается

В ближайшем будущем экономика может столкнуться с сильным сокращением внутреннего спроса
Максим Стулов / Ведомости

Потери от пандемии – падение продаж и производства, сокращение инвестиций, убытки – оцениваются по-разному, в основном в диапазоне от «очень существенных» до «катастрофических», сопоставимых с самыми глубокими экономическими кризисами. И это только потери. Более значимая проблема – закручивание обратной спирали падения доходов населения и снижение спроса в будущем.

Да, мы уже увидели эффект отложенного спроса, когда после открытия магазинов, автосалонов и ресторанов на некоторое время активность потребителей даже перекрыла доковидные показатели. Но это краткосрочный эффект – дальше снижение спроса будет существенно сдерживать восстановление экономики.

По оценкам агентства «Национальные кредитные рейтинги», за два квартала 2020 г. работающее население недосчиталось более 840 млрд руб. доходов, что соответствует 16 млн среднемесячных зарплат. Почти половина потерь пришлась на Московскую агломерацию и Санкт-Петербург. Общее снижение ФОТа почти на 10% связано не с увольнениями, а с форматом неполной занятости – сокращенными рабочими неделями и рабочими днями. При этом формально среднемесячная зарплата может даже расти, так как сокращается число людей, работающих официально полный рабочий день.

Такая скрытая безработица формально не учитывается, и домохозяйства, пострадавшие от нее, не могут получить гарантированные компенсации. Если сравнить объемы выделенной помощи и субсидий безработным, многодетным, различным незащищенным категориям (в сумме почти 770 млрд руб.), может показаться, что выпадающие доходы почти полностью компенсируются. Но структура распределения этой помощи сильно отличается от состава пострадавших от снижения зарплат и неполной занятости. Аналогично и многие самозанятые, оказавшиеся в еще более сложной ситуации во II квартале, конечно же, не смогли компенсировать большую часть потерь своего дохода. Мы все видели «парикмахеров на дому» и прочие попытки полуподпольно продолжать оказывать простые бытовые услуги, подпавшие под ограничения, – самозанятым надо было на что-то жить. Но даже с учетом этого их денежные потери оказались очень большими. В итоге сокращение потенциального спроса активной части потребителей, в том числе среднего класса, еще и в следующем году продолжит негативно влиять на российскую экономику.

Сейчас на фоне разворачивающейся второй волны ключевой вопрос не в том, хватит ли ресурсов государства на поддержку наименее защищенной части населения, а сможет ли частный сектор избежать прямых и скрытых локдаунов – а значит, и латентной безработицы, как во II квартале. Речь не столько про прямые потери и убытки, сколько про сжатие внутреннего спроса в ближайшем будущем.