Денежно-кредитная политика стагнации

Почему Банк России сдерживает темпы роста объемов денег в экономике?
Максим Стулов / Ведомости

17 ноября глава Банка России представит в Госдуме главный финансово-экономический документ страны – «Основные направления денежно-кредитной политики» на ближайшие три года. Если депутаты привычно поддержат ЦБ, то вплоть до 2024 г. российская экономика не сможет расти быстрее чем на 1% в год.

60 лет назад экономист из Чикагского университета Милтон Фридман на примере Великой депрессии доказал, что динамика денежной массы (ДМ) определяет динамику валового внутреннего продукта (ВВП): растет ДМ – растет экономика, падает – кризис практически гарантирован. Открытие Фридмана оказалось справедливым лишь для стран с низкой инфляцией. А для тех государств, где инфляция высока (как, например, в США в 1970-е гг.), ДМ надо корректировать на уровень инфляции, т. е. учитывать в расчетах реальную денежную массу (РДМ). Понять это просто: если ваша зарплата растет на 20% в год, то инфляция в 5% вам не страшна; если же зарплата растет на 5% в год при инфляции в 20%, вам будет худо. То же и с макроэкономикой.

Когда в октябре 2000 г. ДМ в России выросла на 65%, инфляция в 18,5% не помешала росту РДМ на 39%. Вместе с нею выросла и экономика: ВВП в 2000 г. показал рекордные +10%, и по темпам роста Россия – единственный случай за последние 40 лет – превзошла тогда Китай, выросший в тот год по ВВП «всего» на 8,4%. Когда в 2006 г. ДМ выросла на 49%, инфляция в 9% никак не могла помешать росту РДМ на 37% – стоит ли удивляться, что экономика в 2006 г. выросла на немыслимые сегодня +8,2%?

Справедливо и обратное. В апреле 2009 г. Центральный банк сократил ДМ на 11%, да еще и инфляция подскочила до 14%. Это означало, что в реальном выражении ДМ ужалась сразу на 22%. В результате экономика страны в 2009 г. упала на 7,8%, что стало худшим результатом не только среди стран большой двадцатки, но и одним из худших в мире – 204-е место среди 215 стран в базе Всемирного банка. Но Банк России наступал на те же грабли. В апреле 2015 г. при инфляции в 16,7% ДМ увеличилась всего на 3,5%, т. е. в реальном выражении ужалась на 12%. И получите кризис: -2% ВВП в 2015 г.

Описываемая картина, конечно, не черно-белая (рост – падение). Она имеет оттенки и полутона. Если РДМ растет на десятки процентов (как в примерах 2000 и 2006 гг.), то и рост экономики в результате получается приличный. Если же динамика РДМ чисто символическая, рост экономики тоже слабый. Например, падение темпов роста РДМ с 25% в 2010 г. до 8% в 2013-м объясняет, почему вслед за деньгами и темпы роста экономики усохли с 4,6 до 1,8%.

Как показывает статистический анализ, корреляция между РДМ и ВВП в России превышает 0,99. И вот здесь начинается самое интересное. Если знать наперед темпы роста ДМ (М2) и инфляцию, можно легко рассчитать поведение РДМ, а вслед за нею и ВВП. «Основные направления денежно-кредитной политики» как раз и дают такую возможность.

Что же нам готовит Банк России? Согласно документу, в котором приведены все необходимые для расчета данные по инфляции и росту ДМ, ЦБ планирует наращивать РДМ всего на 5–6% в год. Это ниже, чем в описанном выше примере 2013 г. Соответственно, и экономика расти будет слабо – даже хуже, чем в 2013 г. Если депутаты по сложившемуся в Думе обычаю благодушно поддержат планы ЦБ (инфляция – 4%, номинальный рост ДМ в среднем 9%), то вплоть до 2024 г. экономика просто не сможет расти быстрее чем на 1% в год.

Может ли быть иначе? Может. Тесная, почти стопроцентная, корреляция показателей позволяет составить своеобразную «таблицу умножения ВВП». Расчеты показывают, что каждый процент роста ВВП «требует» роста РДМ примерно на 5%. И если депутаты вдруг проявят настойчивость и захотят, чтобы российский ВВП рос, скажем, на 5% в год, то должны будут потребовать от ЦБ наращивать РДМ каждый год на 26%. При инфляции в 4% такой темп достигается, если номинальная ДМ растет на 31% в год.

Как нарастить ДМ? В рыночной экономике ДМ растет не благодаря кредитной активности банков, как полагает Банк России, а за счет пресловутой эмиссии. Так, за восемь лет, что Эльвира Набиуллина возглавляет ЦБ, ДМ страны в номинальном выражении выросла вдвое. Но выросла она именно настолько, насколько это ей позволил ЦБ, – кредитная активность банков (ее характеризует денежный мультипликатор) не росла. ВВП страны за те же восемь лет вырос всего на 6% – раньше (как, например, в 2006 г.) для такого роста было достаточно одного года.

Итак, в 2000–2008 гг. Центральный банк обеспечивал рост РДМ в среднем на 25% в год и экономика росла на 7% в год. В 2013–2019 гг. ВВП рос всего на 0,9% в год, и низкие темпы роста РДМ (в среднем +3% в год) эту стагнацию легко объясняют. Оба ключевых для управления ростом экономики фактора – и денежная эмиссия, и инфляция – напрямую контролируются ЦБ. Будем надеяться, что кто-нибудь из депутатов задаст главе Банка России простой вопрос: если основной источник ДМ в экономике – эмиссия ЦБ и если ЦБ научился контролировать инфляцию, то почему Банк России упорно сдерживает темпы роста объема денег в экономике и тормозит тем самым экономический рост?