Три угрозы цифрового рабства

Мир стремительно движется к кабальной зависимости от финансовых сервисов
Максим Стулов / Ведомости

В одном из эпизодов популярного сериала «Черное зеркало» люди изо всех сил пытаются повысить свой «социальный рейтинг», основанный на оценках других людей – тех, с кем они взаимодействуют в деловой и личной сфере, у кого покупают что-то или кому что-то продают, да просто случайно встречают на улице. Высокий рейтинг – это комфортная жизнь, качественный сервис и свобода выбора. Низкий – билет в ущемленную в правах когорту.

Картина пугающая. Тем более если учесть, что в Китае это уже отчасти так. Но ведь не только Китай – весь мир быстро движется к этой же модели. Отличия – только в акценте на предоставление финансовых и государственных услуг и выставление оценок (или рейтингов) провайдерами этих услуг.

Российский финансовый рынок в лидерах мирового цифрового банкинга наряду с Японией, Сингапуром, Норвегией, Испанией, Бельгией. А по мнению BCG, Россия – на 1-м месте в мире по бесконтактным платежам с помощью Apple Pay, Samsung Pay и подобных сервисов. Каждый год кратно растет и число онлайн-операций, и количество пользователей. Причем цифровая финансовая экспансия очень удобна для потребителей: кастомизированные услуги, комфортные экосистемы, где можно заказывать и оплачивать почти все, что угодно, в один клик, а в два клика – еще и кредитоваться под эти покупки с минимумом (или вообще отсутствием) документов.

Это диктатура. Вот как она будет устроена.

Финансовые структуры станут обладать подробнейшим цифровым профилем клиента, информация в котором будет далеко выходить за рамки базовых сведений. Все движения денег в рамках экосистемы (т. е. не только банковского аккаунта, как ранее), а также данные о передвижениях клиента, его взаимоотношениях с государством (статусы, ограничения, штрафы и санкции), активы, состав семьи и родственные связи, интересы, социальная активность будут анализироваться провайдером финансовых услуг. Добавим сюда перемещения в автомобиле и носимый гаджет для мониторинга здоровья. Бюро кредитных историй и их рейтинги в этой модели остаются лишь одним из множества источников мониторинга и анализа, поскольку банки и страховщики сами будут вполне способны составить полный аналитический портрет клиента с точки зрения рисков, структуры потребления, доходов и предпочтений.

Это дивный новый мир – низкие издержки оценки клиентов, колоссальные возможности big data, простейшая идентификация. «Плохие», рискованные клиенты платят больше за все либо ограничиваются в потреблении и финансовых сервисах. «Хорошие» получают бонусы, лучшие предложения и максимальный выбор. Вы не пьете, вовремя платите по счетам за коммуналку, аккуратно водите машину и у вас давление 120/80? Получайте пониженную ставку по кредитам и скидку на автокаско и страхование жизни. Сделали сегодня больше 10 000 шагов? Вот вам кэшбэк на счет. Подобные вещи банки пока применяют в качестве яркой маркетинговой акции, не более. Но очень скоро все это превратится в постоянно действующую систему поощрений и штрафов.

Минимизация мошенничества со стороны клиентов и экономия на аналитике позволяют снижать ставки и тарифы. Разве все это не звучит очень привлекательно? От потребителя требуется лишь раскрывать о себе максимальный объем информации и соглашаться на мониторинг. Уже сейчас, по данным Национального агентства финансовых исследований (НАФИ), более 75% клиентов в возрасте до 35 лет для большинства финансовых операций пользуются именно мобильным приложением банка. Пройдет буквально 2–3 года, и это ядро клиентской базы приблизится к 100%. Покупая онлайн основную массу товаров и услуг, люди дадут возможность экосистемам анализировать себя со всех ракурсов. Кстати, в этой же возрастной категории, от 18–34 лет, 88% опрошенных НАФИ считают, что получение госуслуг и подобных сервисов онлайн – самый удобный способ.

Но у удобства есть три угрозы.

Первая – это растущее могущество таких финансовых провайдеров (точнее, экосистем). Их будет немного, но они станут настолько сильными, что будут буквально определять качество жизни людей. Такая олигополия экосистем, конвергенция финансов, социального мониторинга, торговых площадок и соцсетей станет самой влиятельной силой в экономике.

Вторая угроза – возможные утечки информации, неправомерное ее использование, злоупотребление. Разумеется, позиция финансовых структур будет в том, что кибербезопасность обеспечена, а информация защищена надежно. Но это не так: киберриски растут, личные данные клиентов (а за ними и деньги) уходят мошенникам не только посредством механик «социальной инженерии» – 17% всех кибератак в мире приходится на финансовый сектор, эта доля растет, а при развитии экосистем будет расти еще быстрее. По данным регулятора, за 2019 г. в России общий объем хищений со счетов физических и юридических лиц с помощью электронных средств платежа составил более 6,4 млрд руб.

И третье. В этой модели человек дает согласие на пассивное наблюдение за собой и предоставляет все возможности для этого. Он не заполняет какие-либо формы и анкеты, не дает всякий раз согласие на учет информации. Единожды подтвердив свою готовность быть прозрачным, он уже не может снова выйти из-под яркого света.

Главная героиня того самого эпизода «Черного зеркала» доходит в финале до абсолютного ужаса минимального рейтинга, с которым фактически невозможно жить. В цифровом финансовом мире клиент не будет обладать правами на личное пространство и частную информацию. Конечно, он имеет полное право изначально сказать «нет» и даже аккуратно расставить галочки в графах отказов. Но тем самым он сразу минимизирует свой профиль. И это будет равносильно минимальной оценке его рейтинга.