Guilty pleasure Всемирной организации здравоохранения

Как регуляторы относятся к порочным удовольствиям
Евгений Разумный / Ведомости

Комиссия ООН по наркотическим средствам проголосовала за то, чтобы исключить каннабис из списка IV Единой конвенции о наркотиках 1961 г. – перечня веществ, требующих наиболее жесткого контроля. Предложение вывести каннабис из группы с тяжелыми наркотиками поступило от Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). В то же самое время ВОЗ вовсю борется с табаком, постоянно настаивая на ужесточении регулирования в этой сфере.

Ситуация лишь отчасти кажется лицемерной, ведь сделать человека полностью стерильным и рациональным невозможно. Он все равно нуждается в наборе guilty pleasure – предосудительных удовольствий, которые компенсируют постоянную регламентацию его жизни. Если не дать ему малой толики порока, который вредит только ему самому, он способен на радикальное действие – достать, к примеру, свой кольт и пойти палить из него в супермаркете. Человека нельзя избавить от пороков, но пороками можно попытаться дирижировать: какие-то давить прессом общественного осуждения, для каких-то немного снижать уровень контроля. Достаточно эффективными оказывались, например, компромиссные практики, когда вещества с более сильным влиянием вытеснялись менее вредными, но сходными по эмоциональному воздействию.

Через два века после того, как католическая инквизиция начала вводить жесткие правила против каннабиса, в Европе была сформирована огромная табачная индустрия. С тех пор политика запретов отчасти менялась, однако в целом вектор на жесткое сдерживание сохранялся. Лишь параллельно с мощной антитабачной кампанией в западной культуре начался сдвиг в отношении «травы», включая частичную легализацию ее употребления – для фармацевтики и рекреации. А это обеспечило буйный рост компаний – производителей марихуаны в США, как и развитие темы в искусстве, например в «Джентльменах» Гая Ричи.

А что же российский Минздрав, как он относится к слабостям человеческим? Стратегия ведомства – тотальное наступление по всем фронтам: крестовый поход против алкоголя, сахара, никотина, жирной пищи, энергетиков. Разумеется, любые формы наркотических веществ – жесточайшее табу. Власть отсекает с каждым годом старые возможности, не говоря о новых. Создается новый антропологический тип – человек без вредных привычек. Сверхчеловек. У такой жесткой социальной инженерии есть один недостаток: подопытный начинает искать лазейки, а в этих лазейках он может собрать столько гадости, что все усилия окажутся напрасными.

Запретительная политика удобна, потому что легко реализуема и поддается отчетности. А вот легальное потребление – сложный инструмент. Им надо уметь варьировать, играть разную мелодию для разных аудиторий, строить композиции между быстрыми запретами и долгим процессом изменения привычек. Такие механизмы наскоком не создаются, некомпетентность и спешка здесь опасны. А поскольку играть тонко российские чиновники умеют плохо, ни о какой легализации никаких наркотиков в России не может быть и речи. Что, кстати, и правильно.