Ловушка медленного восстановления

Антикризисный план правительства сбережет бюджет, но не даст импульс росту
Андрей Гордеев, Евгений Разумный / Ведомости

Правительство России сформировало новый пакет поддержки бизнеса, написали «Известия». Он оказался практически калькой с прошлогоднего «антикоронавирусного» и, как и предыдущий пакет, ставит во главу угла сохранение занятости. Так, предполагается возобновить выдачу кредитов по нулевой ставке на выплату зарплат и запустить льготное кредитование по субсидируемым ставкам тем предприятиям МСП, которые нарастят численность персонала на 10% к декабрю 2021 г. Кроме того, предусмотрены различные налоговые послабления – от списания задолженности по налогам и страховым взносам для МСП из наименее восстановившихся отраслей, пострадавших от пандемии, до фиксации кадастровой стоимости недвижимости на уровне 2020 г. для расчета имущественных налогов. К концу февраля профильные министерства и ведомства должны дополнительно проработать эти меры и выяснить потребность в их бюджетном финансировании. В агентстве НКР предварительно оценили этот пакет мер в 150–200 млрд руб.

Видимо, принимая решение о поддержке бизнеса, в правительстве руководствовались максимой о том, что не стоит изобретать велосипед. В новом пакете мер опять появились «списки отраслей» – причем еще более узкие, чем прежде, поскольку теперь в них включаются лишь «наименее восстановившиеся» от пандемии отрасли из тех, что уже были в списках пострадавших. На протяжении всей острой фазы кризиса бизнес безуспешно жаловался на бюрократические барьеры, которые не позволяли компаниям рассчитывать на попадание в эти списки и, соответственно, господдержку (речь о пресловутых кодах ОКВЭД в качестве главного критерия). Но, похоже, урок не извлечен.

Малый бизнес, особенно сферы услуг и торговли, конечно, понес очень существенные потери в прошлом году, и их не могут компенсировать отсрочки платежей и льготы по кредитным ставкам или пролонгации ссуд. Даже льготы по аренде (доступные далеко не всем) не являются критичным фактором, определяющим финансовый результат и способность бизнеса пройти коронакризис без серьезных потерь. По оценке НРА, за II и III кварталы 2020 г. малые предприятия потеряли более 2 трлн руб. выручки, а по итогам года – более 2,8 трлн руб. При этом доля МСП в ВВП России в 2021 г. может снизиться до 19,8% при базовом сценарии и до 18,5% при стрессовом – и это при том, что на самом-самом высоком уровне поставлена задача удвоения доли МСП в занятости и объемах выручки на среднесрочную перспективу.

При этом важно понимать, что наше государство потратило на помощь населению и бизнесу в прошлом году существенно меньшие средства (по отношению к размеру ВВП и бюджета) даже в сравнении с развивающимися странами, не говоря уже о развитых. По сути, модель антикризисного реагирования сводилась к тому, чтобы создать весомую подушку безопасности наверху, что и было успешно сделано. Бюджет практически не пострадал: его дефицит в прошлом году лишь немногим превысил 4%, а основное финансирование расходов шло за счет новых заимствований (преимущественно через ОФЗ). При этом была оказана прямая выборочная поддержка населению – были сделаны выплаты семьям с детьми, категориям с низкими доходами и прочие социальные выплаты. А вот в отношении бизнеса упор был сделан скорее на косвенные меры – кредитные каникулы, льготные кредиты, рассрочки по налоговым платежам, отсрочки сдачи отчетности и т. д.

Все это позволяет сберечь государственные финансы. Но это точно не тот пакет мер, который может дать импульс восстановлению после пандемии. На данный момент совсем не очевидно, что накопленная государством «финансовая подушка» будет активно использоваться для стимулирования роста экономики.

Что можно было бы сделать?

Во-первых, вести более проактивную стимулирующую фискальную политику с большими налоговыми льготами для сегмента МСП. Во-вторых, речь могла бы идти об ускоренной реформе и радикальном упрощении механизма деятельности институтов развития, особенно работающих все с тем же малым бизнесом. В-третьих, важной является система компенсаций ключевых расходов вроде арендной платы для пострадавших предприятий. В-четвертых, совсем не лишним было бы серьезное увеличение поддержки экспорта продукции МСП. Ну и самое важное – меры, которые стимулируют внутренний потребительский спрос. Ключевым элементом восстановительного пакета должны быть именно они. И это тоже не открытие Америки, хотя в определенном смысле это как раз использование опыта стимулирующих пакетов, которые применялись именно в США. Новая администрация Байдена предложила пакет мер для восстановления американской экономики в размере $1,9 трлн, более половины которого – прямые выплаты населению, а четверть – помощь и компенсации бизнесу, особенно малым предприятиям. И это как раз тот комплекс мер, который может дать хороший импульс спросу.

Малый бизнес и в России говорит о том, что ключевые проблемы в настоящее время – это снижение платежеспособности, валютные риски и высокие налоги. Более 20% компаний сообщают о невозможности или крайней сложности получения господдержки. Многие предприятия, действительно пострадавшие от пандемии и приостановления или сворачивания деятельности, по формальным признакам не смогли претендовать на получение помощи и льгот. Малые предприниматели часто отмечают, что для того, чтобы разобраться в порядке участия в программах поддержки, собрать необходимые документы, пройти все процедуры, им надо нанимать специальных, достаточно дорогих сотрудников либо внешнего консультанта. И это зачастую уже на нулевом этапе отсекает даже попытки получить такую поддержку, хотя различных льготных и стимулирующих программ десятки, если не сотни.

Россия в прошлом году оказалась в группе стран с небольшими потерями в динамике ВВП (минус 3,1%, в то время как у стран Европы, США и ряда развивающихся экономик темпы падения были вдвое выше). Но без мощного пакета мер, стимулирующих спрос и поддерживающих прежде всего малый и средний бизнес, мы рискуем попасть в ловушку медленного восстановления. И тогда наш восстановительный рост на уровне плюс 2–3% будет смотреться крайне печально на фоне прогнозируемых плюс 5–10% в этом году для Китая, США, Европы.