Доверие к бизнесу в мире выше доверия к власти

Но в России это не так
Евгений Разумный / Ведомости

Исследование «Барометр доверия» (Edelman Trust Barometer) к различным публичным и частным институтам, которое регулярно проводит консалтинговое агентство Edelman на основе опроса 33 000 респондентов в 27 странах, в этот раз уникально. Эпидемия и кризис – отличная возможность протестировать доверие в тот момент, когда население выбирается из рутинного состояния и вынуждено искать точку опоры.

Глобальная динамика индексов доверия оказалась крайне неровной. До мая 2020 г., в период первоначальной беспомощности, показатели росли, но затем произошел резкий обрыв. За второе полугодие институты власти потеряли в доверии восемь пунктов, медиа – шесть, некоммерческий сектор – тоже шесть. Причем наибольшие потери несли мировые лидеры – США и Китай. Менее заметно снижение индекса у бизнеса – всего три пункта, а в годовом измерении он даже вырос. В итоге получилась парадоксальная картина: коммерческий сектор с заметным отрывом является лидером по доверию у населения – 61 пункт против 53 у правительств.

Даже если лидерство коммерсантов – плод не собственных успехов, а снижения позиций других институтов, оно все же показывает, что деловая среда может казаться более рациональной и прозрачной. Она способна формировать внутри себя локальные островки стабильности. Условный мировой гражданин, слыша общественную позицию предпринимателя и чиновника, скорее поверит первому, хотя по логике должно быть наоборот. Однако само понятие общественного интереса стало слишком туманным, субъективным, зависимым от настроений политического класса.

А что в России? Здесь мы видим один из наиболее низких показателей во всех областях. Индексы доверия государству и бизнесу совпадают – по 34 пункта. Доверие к медиа и НКО тоже не впечатляет – 29 и 25 пунктов соответственно. Иными словами, по сумме очков Россия – уверенный антилидер, хоть и в скрепах некой «национальной солидарности».

О том, что базовое доверие к институтам служит основой развития, известно давно. Именно оно позволяет участникам кооперироваться, строить долгосрочные планы, делать венчурные проекты. Станет ли программа по повышению доверия ключевым пунктом готовящейся «стратегии прорыва» правительства? Вряд ли. Слишком гуманитарная категория для современной технократии: сложно оцифровать, отразить в KPI, определить центр ответственности. Но если это когда-нибудь случится, помимо старой мантры (состояние судебной системы, бюрократия, общественная дискуссия) хорошо бы принять во внимание, что центры доверия все больше смещаются на локальные уровни. Принципиальный момент – как складывается взаимодействие в непосредственной точке нахождения человека: слышит ли местная власть сообщества, есть ли ресурсы у муниципалитетов и платформы для общественных коммуникаций, как складываются отношения бизнеса и территории. Запустить обновление на клеточном социальном уровне сегодня принципиальная задача.