Поддержка территорий может стать козырем крупного бизнеса

В чем принципиальная разница между ESG и КСО
Сергей Карпов / ТАСС

Аббревиатура ESG (environmental, social, corporate governance, т. е. экология, социальная ответственность, управление) вихрем ворвалась в лексикон российской деловой среды. Этот термин, конечно, подстерегает старая ловушка – оказаться слишком заговоренным и от этого упавшим в цене. Избыточная мода подвела многие идеи. История бизнеса – кладбище забытых терминов, которые когда-то казались открытием нового мира, а потом стремительно гасли. Но как бы ни сложилась судьба аббревиатуры, пришедшей на смену уже поднадоевшей КСО (корпоративная социальная ответственность), сам ажиотаж вокруг нее означает фундаментальный сдвиг в положении бизнеса. Происходит добровольно-принудительный переход некоммерческой компоненты из категории корпоративного аксессуара, компенсации или социального контракта в область ценностного предложения, которое может быть принято или отвергнуто средой.

К примеру, в новой, пока еще проектируемой картине мира металлургическая компания продает не только металл, но и ряд социальных эффектов: экологические воздействия, корпоративную культуру, взаимодействие с персоналом и локальным сообществом. Их качество начинает учитываться в стоимости конечного продукта или акций. Корпоративный «софт» все сильнее подминает «хард», управление репутацией из сервисной функции выходит на стратегический уровень.

Более ранняя политика КСО в ее практическом выражении была системной попыткой описать «правила приличия» для бизнеса в социуме, вариантом благотворительности с ее атрибутом добровольности. У серьезного бизнесмена должен быть пакет социальных инвестиций, который компенсирует в первую очередь сам факт наличия капитала, особенно крупного, который в российской среде всегда был под большим подозрением.

Претензия ESG гораздо масштабнее – не компенсировать социальные дефициты, а воздействовать на стратегический уровень, инвестиционные решения и политику заимствований. Так, АФК «Система» в кредитном соглашении со Сбербанком на 10 млрд руб. предусмотрела возможность привязать процентную ставку к динамике показателей устойчивого развития. А в химических компаниях при запуске новых проектов принимают в расчет то, как меняется общественное отношение к пластику.

Так или иначе, переход от КСО к ESG – это когда в бизнесе остается меньше собственно бизнеса и появляется больше внешних наполнителей. В этой повестке у российского бизнеса есть важный козырь – поддержка территорий. В силу различных причин, от слабости муниципальной власти до специфики моногородов, активность в этой области пошла дальше западных принципов формального добрососедства. Практики в этой области «Газпрома», «Северстали», «Норникеля», «Росатома» и ряда других компаний могут, как ни парадоксально звучит, стать ярким явлением в конкуренции.