Российские заемщики напоминают одновременно южноамериканцев и европейцев

Россияне плохо возвращают потребительские кредиты, зато исправно гасят ипотеку
Андрей Гордеев / Ведомости

Просроченная задолженность физических лиц по ипотечным кредитам по состоянию на февраль, по данным ЦБ, составила 0,8% от портфеля выданных ссуд, причем она стабильно держится в диапазоне 0,8–1% уже на протяжении почти трех лет. В то же время в сегменте потребительских необеспеченных кредитов просроченная задолженность стремится к 20% портфеля. Доля плохих кредитов в ипотеке не увеличивается, несмотря на кризис, а в потребительском кредитовании растет с ускорением. Почему так происходит?

Значительная часть российских граждан в принципе не считают зазорным не исполнять свои обязательства перед банками. Как показывают данные опроса НАФИ о возврате долгов, треть респондентов убеждены, что банковские кредиты можно не возвращать. При этом долги перед друзьями и знакомыми подавляющее большинство опрошенных (86%) назвали абсолютно обязательными к погашению.

Вырисовывается отчетливая картина: банки проигрывают конкуренцию личным взаимоотношениям. Финансовая организация выглядит как некая внешняя враждебная структура, и только жесткий аппарат принуждения к обслуживанию и возврату долга поддерживает уровень невозвратов в более или менее приемлемом диапазоне. Формальный институт (обязательства по кредитам перед профессиональными кредиторами) в этой ситуации выглядит менее сильным, чем неформальный (неоформленные долги и обязательства в кругу знакомых и родственников).

Есть страны и даже целые макрорегионы, в которых разрыв между формальным и личным еще более выражен, чем в России. Самый характерный пример – государства Южной Америки. В Европе, напротив, доминирует банковская формальность. Россия, если судить по потребительским кредитам, ближе к странам с сильными неформальными институтами.

Это, кстати, приходится учитывать банкам. Не случайно в рекламе розничных кредитов они пытаются периодически представить себя в качестве «приятелей», у которых можно одолжить деньги. Но пока этот образ приживается с трудом. А вот в ипотечном кредитовании и социальная структура заемщиков, и финансовая грамотность, и их представления о долге серьезно отличаются от других сегментов. Потому что очень понятен риск обращения взыскания на залог. Здесь наша страна скорее напоминает Европу. И дело тут не только в объеме кредитов и платежеспособности клиентов. В массовом сознании есть установка, что потребительский кредит не такой обязательный, как ипотечный, что это долги «второго порядка». Таким образом, в России, по сути, одновременно присутствует две модели кредитного поведения.

Ответственность за такой расклад обоюдная: в случае потребительских кредитов в отличие от ипотечных часто слишком легковесно ведут себя не только заемщики, но и сами банки. Кредиторы недостаточно информируют клиентов о рисках и слишком агрессивно навязывают услуги. Поэтому и страдают.