Этика ленинградской улицы требует от Роскомнадзора решимости

Если регулятор начал угрожать международным соцсетям, он должен держать слово
Если регулятор начал угрожать международным соцсетям, он должен держать слово / Максим Стулов / Ведомости

Роскомнадзор заявил, что продлевает еще на месяц с лишним замедление Twitter и только потом его отключит. Тем самым первое обещание регулятора – заблокировать эту сеть через месяц после начала замедления – им не выполнено.

Нет нужды напоминать, что на условной ленинградской улице в рамках ее своеобразной, но четкой этики неисполненная угроза серьезно подрывает авторитет того, кто бахвалился впустую. Да и в шахматах, тоже бывших весьма популярными в Ленинграде (пусть и на других улицах), действует правило: «Взялся – ходи!». Впрочем, со стороны Twitter появилась информация, что сеть «конструктивно взаимодействует» с Роскомнадзором. Если это так, то тем самым, возможно, американский гигант перестал «игнорить» нашего регулятора. В любом случае в начавшемся противостоянии российских властей с соцсетями состоялось очередное сражение и уже можно оценить его контекст.

Прежде всего следует обратить внимание на серьезный социальный, можно даже сказать, классовый разрыв в аудитории пользователей различных соцсетей. Это четко видно, если сравнить тот же Twitter и еще более популярный в России Facebook, с одной стороны, и «В контакте» и «Одноклассники» – с другой. В Facebook много фрондирующей интеллигенции столиц и других крупных городов. Во «В контакте» народ более, так сказать, глубинный. Думается, многие активные общественные деятели чувствуют эту разницу, когда для расширения аудитории и продвижения своих взглядов требуется не только работать в Facebook, но и идти во «В контакт». Или когда пресловутая «цензура Цукерберга» лютует и блокирует доступ за острые посты и нужна альтернативная площадка. Но, согласитесь, для многих существует прямо-таки эстетический барьер и крайнее нежелание «опускаться» до «В контакте». Это и есть именно классовый разрыв и классовое чувство. И этот разрыв среди пользователей различных соцсетей представляет собой весьма значимый элемент социального расслоения в современной России. Который, заметим, еще недооценен во всей своей полноте.

Рефлексирующий интеллектуал всегда недоволен властью, и российская аудитория Twitter и Facebook потенциально оппозиционна. Поэтому отключение именно этих двух сетей приведет к тому, что пресловутый режим ничего не потеряет, а только выиграет, несмотря на утверждения, что блокирование соцсетей якобы подорвет рейтинг власти. Эти аудитории и так голосовали бы против Владимира Путина и «Единой России». И их позиция никак не изменится от того, что их любимые соцсети закроют.

Радикализируется ли аудитория Facebook, если соцсеть отключат? Тоже вряд ли. Протесты против ареста Алексея Навального в прошедшие месяцы показали, что реально выйти на улицу и подвергнуться риску удара дубинкой и задержания готовы единицы из этой социальной страты. Один доцент МГИМО, один доцент МГУ и два преподавателя «Вышки» – это весь список задержанных тогда взрослых интеллектуалов и профессуры на фоне многих сотен арестованных на тех протестах. Все остальные предпочли остаться дома, хотя, казалось бы, вот он, «рубежный момент революции» и «час сметения режима». Интеллектуалы пылали праведным гневом, сидя на кухне или на диване – уютном домашнем варианте пресловутой башни из слоновой кости. Эта неспособность российского интеллектуального класса к действию просчитывается тем же режимом и приводит его к убеждению, что радикализации этого класса абсолютно не стоит бояться. В отличие от TikTok – вот там подростковая аудитория действительно может возмутиться самым решительным образом в случае запрета любимой сетевой игрушки.

Есть, однако, еще и технологический момент: а смогут ли российские власти закрыть международные соцсети? Роскомнадзор один раз уже опозорился с безуспешной попыткой закрытия Telegram. Вторая такая неудача станет в этике ленинградской улицы просто критической. В отношении Telegram, впрочем, есть один нюанс. Несмотря на все попытки его закрытия, именно этот сервис был очень нужен власти в прикладных политтехнологических целях. Прежде всего потому, что именно он стал главной публичной площадкой для пресловутой «войны башен». Различные группировки внутри власти, сплотившись в сетки Telegram-каналов, с упоением давят там друг друга, сливая друг на друга компромат, которого хватило бы на тысячи уголовных дел. И здесь проскальзывает мысль, что Telegram не закрыли не потому, что Роскомнадзор был технически слаб, а потому, что полководцы «войны башен» сами того не хотели.

В любом случае социальный итог от переноса «войны башен» в Telegram оказался крайне негативным. Именно там самой же властью была впервые публично выплеснута масса грязного белья и компромата на нее саму. В итоге у думающего человека могла исчезнуть последняя вера в государство. Поневоле задумаешься: а может, лучше бы закрыли, если все-таки могли?