Тренд на развитие цифровых валют переоценен

Технологию блокчейн чаще и эффективнее используют в других сферах
Андрей Гордеев / Ведомости

В дискуссии про блокчейн важно разделять технологию как инструмент для создания принципиально новой инфраструктуры управления и цифровую валюту (криптовалюту) как наиболее обсуждаемый в СМИ элемент этой инфраструктуры. Что касается технологии блокчейн, то тут стоит прежде всего отметить самую заметную тенденцию последнего времени – токенизацию активов. Речь в данном случае идет про то, чтобы сделать рынок имущества и имущественных прав более ликвидным. Токенизированные активы могут включать в себя ценные бумаги, товары и разнообразные нефинансовые активы (вплоть до репутации, например).

Токенизация активов предполагает процесс цифрового представления реальных (физических) активов в распределенных реестрах или выпуск традиционных классов активов в токенизированной форме. В первом случае экономическая стоимость и права, полученные от ранее существовавших реальных активов, связаны или встроены по соглашению в токены. Выпущенные токены существуют в цепочке (как цифровые двойники), в то время как реальные активы, на основе которых выпущены токены, продолжают существовать в физическом мире, «вне сети». Во втором случае токенизация активов включает в себя создание торгового инструмента через блокчейн и выпуск токенов, которые являются «родными» для блокчейна, т. е. построены непосредственно в блокчейне.

Ряд национальных юрисдикций выбрали индивидуальные правила для рынков токенизированных активов. Они либо адаптируют существующие схемы, либо вводят целостные структуры или «законы о блокчейне». Так, проект закона об электронных ценных бумагах, eWpG-E, в Германии является ярким примером индивидуального регулирования токенизированных активов, создающего электронную альтернативу долговым ценным бумагам в физическом виде. Это важно и интересно.

Однако если говорить про национальные инициативы в сфере технологии блокчейн, то активно обсуждаемый тренд на развитие цифровых валют центральных банков явно переоценен. По оценкам ОЭСР, топ-10 типов блокчейн-проектов, реализуемых в мире, сейчас ранжируются так: на 1-м месте – стратегии и исследования, на 2-м – проекты в сфере идентификации личности, на 3-м – записи о личных данных (здоровье, финансы); проекты, например, в сфере создания реестров недвижимости, о которых в последнее время тоже много говорят, – шестые по рангу, и только на 7-м месте – проекты по созданию центробанками цифровых валют.

Если посмотреть на законодательное регулирование цифровых финансовых активов в России, то, с одной стороны, закон о цифровых финансовых активах не запрещает криптовалюты и даже дает возможность, например, инвестировать в них. С другой – этот закон имеет однозначный минус: он запрещает использование криптовалюты в качестве средства платежа. И тут сложно согласиться с мнением Александра Иванова (его статья опубликована в «Ведомостях» 25 марта 2021 г.), который пишет: «Можно рассуждать об идеальном срединном пути, при котором, с одной стороны, криптовалюта не запрещается, а с другой – активно разрабатываются альтернативные механизмы со стороны государства. Такой путь теоретически возможен, тем более что запретить криптовалюты очень сложно. Но это пока утопия, которая не реализована еще нигде в мире». Реализована. Многие страны ЕС (например, Франция, Германия, Эстония), США и Швейцария не запрещали и не запрещают использование криптовалюты. Например, с апреля 2019 г. во Франции принят закон «О развитии и трансформации предприятий» (PACTE), который устанавливает, что цифровые активы включают криптовалюту. То есть любое цифровое представление стоимости, которое не выпускается и не гарантируется центральным банком или государственным органом, может не прикрепляться к валюте, имеющей статус официального средства платежа (включая иностранную валюту), но приниматься физическими или юридическими лицами в качестве средства обмена (платежа), а также может передаваться, храниться или обмениваться в электронном виде. В Швейцарии, например, в закон о банках были включены новые субъекты (помимо банков) – лица, которые в основном заняты в финансовом секторе. Речь, в частности, идет о криптобиржах и криптообменниках, что фактически легализует любые операции с криптовалютами через специальных субъектов финансового рынка.

Ограничения для частных цифровых валют в России говорят скорее не о желании защитить граждан от рисков, связанных с этой новой расчетной формой денег, а о страхе государства как регулятора потерять монополию на эмиссию. Что, как показывает мировая практика, не имеет под собой оснований.

Статья продолжает дискуссию о цифровых валютах, начатую материалами экспертов в номере «Ведомостей» от 25 марта 2021 г.