Что будет с Германией после ухода Меркель

Отчасти это стало ясно по итогам предвыборных дебатов
Markus Schreiber / AFP

Заявленный уход из большой политики привычного столпа германского политикума Ангелы Меркель ставит много вопросов – прежде всего о том, какая из политических сил станет ядром новой межпартийной коалиции. Произойдет ли ожидаемый многими разворот Германии влево – в социально-экологическом либо традиционном социально-демократическом ключе?

Ответы на эти вопросы были призваны дать состоявшиеся несколько дней назад первые предвыборные теледебаты, в которых сошлись лидеры трех основных политических сил: Олаф Шольц от СДПГ, Анналена Бербок от «Союза 90 / Зеленые» и Армин Лашет от ХДС.

Шольц презентовал себя как профессионала-управленца, готового выступить в роли антикризисного менеджера. Правительственный опыт в качестве вице-канцлера и работа в качестве финансового менеджера при ликвидации экономических последствий пандемии и локдауна помогли ему существенно улучшить свой имидж в глазах избирателей. Шольц заявил о готовности бороться с изменением климата и создавать новые рабочие места в отраслях, относящихся к зеленой экономике. В отличие от Лашета и Бербок, критикующих Россию с достаточно жестких идеологических позиций, лидер социал-демократов говорит о необходимости «новой восточной политики» в духе идей Вилли Брандта – что выглядит довольно многообещающе в современной международной ситуации.

Лашет построил свою презентацию на идее преемственности, обрисовав линию, ведущую от Аденауэра до Меркель. Не отрицая «ветра перемен, который чувствуют все», он призвал от своего имени и имени ХДС сделать ставку на «стабильность и надежность». Лашет позиционировал себя как преемника Меркель и заявлял о готовности помочь своим опытом в преодолении современных кризисов. Но он не всегда четко формулировал собственные подходы к решению проблем, в чем некоторые наблюдатели усмотрели его растерянность и желание уйти от ответственности.

Бербок стремилась увязать свой имидж с идеей глубокого обновления германской политики, идеей прорыва в решении актуальных проблем, беспокоящих германское общество. При этом модель «климатически ориентированного общества справедливого благосостояния» выглядела в ее изложении несколько расплывчато, в то время как конкретные предложения – например, об отказе к 2030 г. от угля и запрете «неэкологичных автомобилей» – звучали достаточно радикально. Шольц и Лашет не возражали против ее экологических инициатив, но требовали более тщательного законодательного их оформления. В то же время представители конкурирующих партий отказались поддержать стремление Бербок выступить в качестве главной защитницы прав женщин, семьи и детей. И если Шольц солидаризировался с ней по вопросу о повышении налогов, то Лашет осудил ее попытку перенести бремя нынешнего экономического кризиса на плечи преуспевающих предпринимателей.

По данным Института изучения рынка и общественного мнения Forsa, 36% респондентов признали Шольца победителем вечера, 30% проголосовали за Бербок и 25% – за Лашета (9% опрошенных не определились с выбором). При этом доверить руководство страной Шольцу сегодня готовы 47% респондентов, в то время как Лашета в этой роли видят 26%, а Бербок – всего 24%. 

По итогам первых германских предвыборных дебатов прояснилась предвыборная идеологическая расстановка основных политических сил Германии.

Консенсус по общим вопросам повестки дня (Афганистан, беженцы, отношение к европейским ценностям и политике, предполагаемый локдаун) присутствует у представителей всех трех ведущих партий, при этом определиться с конкретными предложениями по решению этих проблем они пока не могут, ограничиваясь правильной политической риторикой.

ХДС без Меркель очевидно не выглядит как лидер будущей коалиции и не может привлечь другие партии на свою сторону за счет новых идей или инициатив.

Принципиальный пункт расхождений СДПГ и ХДС – вопрос о повышении налогов. Лашет принципиально высказался против повышения налогового бремени. Шольц представил концепцию своей партии, согласно которой ставка налога на прибыль должна увеличиться на 3 процентных пункта для «немногих богатых». «Зеленые» поддерживают положения СДПГ об осторожном повышении налогов и поддержке малооплачиваемых.

Концепция зеленой экономики принята СДПГ и ХДС, однако они не считают эту концепцию прерогативой «Зеленых» и не стремятся консолидироваться с ними на этой платформе.

Коалиция СДПГ и «Зеленых» с Левой партией выглядит сегодня маловероятной из-за большого числа идеологических требований к последним – включая стабильность финансовой политики, лояльность бундесверу, отказ от неприятия НАТО. Очевидно, что к подобному развороту своей политики Левая партия сегодня не готова.

Немецкая политика накануне выборов выглядит как ярко выраженное пространство неопределенностей, и торг с участием нескольких основных политических сил по итогам голосования практически неизбежен. Найти новый личностный стержень, подобный Меркель, очевидно, не удастся – никто из соревнующихся партийных лидеров не сравнится с ней по силе харизмы и влияния.

Радикального разворота влево или вправо в германской политике не произойдет, и идеологические крайности будут уравновешены более умеренными направлениями при любом составе коалиции – и это хорошо для Германии, объединенной Европы и для России.