Международные угрозы 2022: от США до Ирана

МГИМО оценил главные международные угрозы наступившего года
Усугубляющийся экономический кризис заставляет политическую элиту Ирана добиваться уступок от США / Patrick T. Fallon / Reuters

«Долгий мир производит апатию, притупляет чувства», – писал Федор Михайлович Достоевский. Январские события в Казахстане и обострение военно-политического кризиса между Москвой и Вашингтоном напомнили о том, куда могут привести каникулы от стратегического мышления, длившиеся последние 30 лет.

К странам постсоветской Евразии приходит осознание, что полученный от СССР суверенитет должен быть подкреплен способностью государства эффективно осуществлять власть на своей территории. Государства НАТО начинают понимать, что расширение военной инфраструктуры на восток под лозунгом «Русские все стерпят, главное – подавать плохие новости по частям» приведет к резкой реакции Москвы. Такие кризисы отрезвляют, возвращают государства из мечтательности к стратегическому мышлению. Для стран постсоветского пространства – к размышлению о реальном вкладе России в обеспечение их безопасности и разочарованию в политике многовекторности. Для Запада – к трезвому формулированию своих подлинных интересов в отношениях с Москвой.

В нашем прогнозе на 2022 г. в качестве лейтмотива выбрана метафора об отрезвлении международного сообщества от мечтательности, порожденной долгим миром. В новом году государствам нужно проявлять инициативу и формулировать свои стратегические приоритеты. Какие контуры борьбы государств за инициативу сулит предстоящий год?

Главная тема – переговоры по гарантиям безопасности России со стороны США и НАТО. Первые лица США готовы к конкретному разговору, однако велика вероятность, что американские союзники будут вовлекать Россию в затяжной переговорный процесс, который не даст необходимых результатов и потому не устроит Москву. На российско-американском треке можно ожидать углубления диалога по стратегической стабильности: перехода к обсуждению конкретных тем в формате рабочих групп.

С учетом готовности Запада ввести против России беспрецедентные санкции актуальным станет накопленный потенциал прочности в экономике. Созданный задел позволяет Москве решительно повышать ставки для достижения заявленной цели – учета Западом требований России к архитектуре безопасности в Европе.

В 2021 г. Украина столкнулась с тяжелейшим внутриполитическим кризисом, и в нынешнем году страна определится, каким будет ее политическое будущее. С одной стороны, переход в оппозицию главного идеолога партии «Слуга народа», руководителя президентского избирательного штаба Дмитрия Разумкова стал наибольшей опасностью для Владимира Зеленского. С другой – действующий президент все еще может полагаться на поддержку Игоря Коломойского. Разумков и «новая оппозиция» пока не так опасны, а, спекулируя на теме «российской угрозы», Зеленский получит поддержку силовиков.

В США не уйдет с повестки дня вопрос о политическом наследии Дональда Трампа. Его влияние в республиканской партии сохранится, а значит, останется популярным тезис об «украденных выборах». Уже в 2022 г. возможны эпизоды оспаривания результатов промежуточных выборов в конгресс, особенно в республиканских штатах. Демократам предстоит уйти в оппозицию – вероятная потеря палаты представителей заставит их в ускоренном темпе проводить через конгресс все новые законопроекты.

Европейский союз (ЕС) твердо намерен реализовывать положения «Зеленой сделки» – плана достижения европейской экономикой углеродной нейтральности к 2050 г. Для России этот проект может в будущем осложнить экспорт в ЕС, включая цемент, алюминий, сталь, удобрения и электроэнергию. «Северный поток – 2» станет испытанием лидерских качеств нового канцлера ФРГ Олафа Шольца: ему предстоит защитить проект от готовых к провокациям партнеров по правящей коалиции, оппозиционных христианских демократов, а также от европейских союзников и США.

В Китае в 2022 г. будет завершен переход к модели несменяемости власти. Укрепление института личной власти Си Цзиньпина может привести к снижению качества политического управления на местах, понизить привлекательность китайского рынка для инвесторов и сделать внешнюю политику КНР более активной. Китай может расстаться с традиционной для КПК в периоды коллегиального управления умеренностью и предсказуемостью внешнеполитического курса. Тем не менее мы не ожидаем эскалации конфликта вокруг Тайваня в 2022 г.

На Ближнем Востоке политическая инициатива будет исходить от Турции и Ирана. В 2022 г. Реджепу Тайипу Эрдогану придется искать баланс между падающей экономикой, растущими внешнеполитическими амбициями и рисками формирования консолидированной оппозиции. Усугубляющийся экономический кризис заставляет политическую элиту Ирана добиваться уступок от США. В новом году есть вероятность, что Вашингтон и Тегеран смогут вернуться к СВПД.

В 2022 г. правительство талибов (запрещено в РФ) в Афганистане столкнется с двойным вызовом – как обеспечить внутренний порядок мирными средствами и получить международное признание. В таких условиях страны-соседи будут склонны снисходительно смотреть на талибский режим, а страны Запада продолжат политику его изоляции.

Названные сюжеты лишь часть большого полотна международных угроз, перед которыми стоит мир в 2022 г. Все они отражены в ежегодном докладе МГИМО «Международные угрозы 2022. Перехват инициативы».