Афганский треугольник

Женщины, наркотики и «калашниковы»
Mohd RASFAN / AFP

Март принес много новостей из Афганистана. На конец месяца был намечен очередной раунд переговоров между «Талибаном» (организация признана террористической и запрещена в России) и Вашингтоном о признании правительства талибов и разморозке афганских активов в США. Но американцы отказались от переговоров.

Причина отказа очевидна: в преддверии встречи «Талибан» запретил учиться девочкам-старшеклассницам. Понимая, что без предоставления свобод женщинам и включения в состав правительства представителей нацменьшинств американцы никаких договоров с ними подписывать не будут.

Талибы поняли, что без полного отказа от своей идеологии они не получат ни долларов, ни признания. И смирились с этим. Похоже, они поняли и то, что только они сами во всем мире считают себя победителями, а американцев и их союзников – проигравшими. В остальном мире считают, что, уйдя из Афганистана, США поражения не потерпели, а просто отчаялись «демократизировать» страну.

Смирившись с тем, что денег и прочих приятностей не будет, талибы пошли дальше. Женщинам запретили летать на самолетах без мужского сопровождения и разрешили посещать парки только в специально установленные дни. Про мужчин талибы тоже не забыли: госслужащим отныне велено носить бороды.

За семь с лишним месяцев, прошедших с момента прихода к власти, «Талибан» понял, что Афганистану придется жить, а ему править в изоляции. Но это, похоже, теперь пугает талибов меньше, чем в августе прошлого года, когда они пытались наладить отношения с развитыми странами. Талибы худо-бедно установили контроль над всей страной и наладили работу госструктур. А то, что эти структуры работают не лучше, чем тысячу лет назад, – дело десятое: люди-то терпят. Тем более что современного эффективного управления в афганской глубинке не видали ни при королях, ни при советском «ограниченном контингенте», ни при американских ставленниках.

За эти месяцы испарились и надежды талибов на китайские инвестиции. Что неудивительно: если американским компаниям даже при дружественном (точнее, зависимом) режиме афганское золото и литий не были интересны, то китайский бизнес тем более не сможет работать при власти, опирающейся на безграмотных полевых командиров, да еще придерживающихся радикального ислама, – в Китае этого не любят.

Как выяснилось, жить можно и без долларов. Тем более что талибы осуществляют импортозамещение на афганский манер: помимо опиума и героина, традиционной основы афганского экспорта, они наладили изготовление метамфетамина из местного растения хума. Наркотик из него можно делать без иностранной химии, что делает его гораздо более рентабельным по сравнению с героином. Провинции Герат, Фарах, Нимроз и Гильменд превратились в крупных производителей метамфетамина, но и о традиционном героине талибы не забывают. Сразу после прихода к власти «Талибан», хотя и заявлял о нетерпимости к наркопроизводству, выпустил из тюрем наркобаронов, которые незамедлительно вернулись к привычному ремеслу.

Тем временем населению Афганистана приходится очень тяжело. Если в 1980 г. в стране проживало 13,4 млн человек, то в 2020 г. – уже 39 млн, в то время как экономика почти не изменилась, оставшись крайне архаичной и непроизводительной. Чуть не половина населения перед приходом талибов к власти жила на денежные выплаты и гуманитарную помощь от США и стран Евросоюза.

Координатор гуманитарной помощи ООН в Афганистане Рамиз Алакбаров утверждает, что голод и недоедание поразили 90% населения. 80% афганцев – безнадежные должники: не имея доходов, они брали в долг, но к настоящему времени деньги потрачены, а источники доходов не появились. Афганские врачи пишут, что годовалые дети весят столько же, сколько шестимесячные младенцы в развитых странах, и многие из них от слабости не могут ходить.

Ожидать улучшения ситуации с продовольствием не приходится: из-за отсутствия денег и международных связей афганские земледельцы лишены доступа к горючему, удобрениям и запчастям к технике. Следовательно, хлеба будет мало, а закупать его за границей не на что. Хотя гуманитарная помощь в Афганистан поставляется, ее совершенно недостаточно, чтобы кормить почти 40-миллионное население.

В такой ситуации недовольство населения просто не могло не усилиться. Горожане, потерявшие доходы и отчаянно пытающиеся выжить в условиях нищеты и безработицы, не в счет: голодные люди борются за кусок хлеба, а не с режимом. Женщины, продолжающие храбро выходить на протестные акции, тоже не в счет: у афганок в отличие, например, от женщин Курдистана нет опыта самостоятельной борьбы. Другое дело – крестьяне, составляющие большинство населения страны: самостоятельные люди, у каждого из которых имеется «калашников» и кое-какой опыт его использования.

27 марта в нескольких провинциях (Парван, Каписа, Тахар и Джаузджан) на талибские посты напали боевики новой повстанческой группировки – Фронта свободы Афганистана (ФСА). Если восстание, поднятое таджикским Фронтом национального сопротивления Афганистана (ФНСА) сразу после захвата власти «Талибаном», заглохло, то у ФСА перспективы могут оказаться получше. Его отряды появились и в Кандагаре – чисто пуштунской провинции и историческом оплоте «Талибана». Это значит, что ФСА имеет поддержку в среде основной национальности Афганистана. Во главе фронта стоит генерал-лейтенант Мохаммад Ясин Зия – бывший губернатор провинции Тахар, начальник генштаба и замминистра обороны. Он известен не только успешными боевыми операциями против талибов, но и борьбой с коррупцией.

Согласно отрывочной информации, поступающей из Афганистана, Ясин Зия договорился о совместных действиях с лидером таджиков Ахмадом Масудом и вождем узбеков Абдул-Рашидом Дустумом. В провинции Тахар к ФСА примкнули ополченцы из числа афганских татар – небольшого местного этноса. К фронту могут присоединиться и сторонники Исламского общества Афганистана (ИОА) – умеренной исламской группировки, которую возглавлял президент Афганистана Бурхануддин Раббани, убитый смертником-талибом в 2011 г. (в ИОА когда-то состоял генерал Ясин Зия). ИОА влиятельно в провинции Бадахшан, где оно может поставить под ружье тысячи бойцов. Есть информация, проверить которую невозможно, что отряды ФСА тренируются в одной из соседних стран – по-видимому, в Таджикистане, традиционно поддерживающем антиталибское движение.

Все это не значит, что в Афганистане вот-вот вспыхнет восстание, которое положит конец правлению «Талибана». Это движение опирается на значительную часть народа и глубоко укоренено во многих провинциях. Кроме того, афганцы устали от 42-летней непрерывной войны и многие из них хотят мира любой ценой. Еще важнее то, что в мире нет сильного государства или блока государств, готовых вмешаться в дела Афганистана.

Поэтому вероятен сценарий непрекращающихся локальных конфликтов на фоне прогрессирующей экономической и социальной деградации Афганистана. Всеобщий упадок со временем приведет к фактическому отпадению национальных районов – прежде всего таджикского, узбекского и хазарейского, – где талибы не популярны и действуют оппозиционные силы. Но объединение антиталибского движения и тем более его военная победа будут возможны только в случае массированной военно-технической и финансовой поддержки извне. А пока такая перспектива не просматривается.