5G России по плечу

Отечественные операторы обеспечены оборудованием минимум на 1–1,5 года
Андрей Гордеев / Ведомости

Сети разваливаются, каннибализация неизбежна, дни цифровой экономики сочтены... Унылые прогнозы пессимистов далеки от реальности. Впрочем, как и радостные заявления оптимистов, уверенных в безоблачном будущем российского телекома. А где же правда? Или, формулируя вопрос с потребительской точки зрения, будет ли у нас по-прежнему работать мобильная связь?

В хорошем произведении логика финальной развязки закладывается на первых страницах. Так произошло и в истории про сотовую связь в России, когда в начале 90-х гг. отечественные компании при строительстве сетей полностью доверились иностранным производителям оборудования.

Операторов можно понять. Отлаженная в глобальном масштабе поддержка и широкая линейка продукции, привлекательные контракты с рассрочкой платежей по годам – глобальным вендорам было что предложить. Неудивительно, что российские производители так и не сумели взять эту конкурентную планку и не смогли предложить оборудование, которое по цене/качеству не уступало бы зарубежному. Хотя попытки предпринимались.

Вендоры оставались иностранными, а со временем их число во всем мире практически сократилось до трех. Рынок захватили финская Nokia, шведская Ericsson и китайская Huawei. Лишь небольшие доли остались у ZTE, Samsung и некоторых других производителей. Уменьшение количества поставщиков создало риски стабильности цепочек поставок. Проблемы не заставили себя ждать.

Сначала с рынков Северной Америки и Западной Европы исчез Huawei, став жертвой разворачивающегося с 2018 г. конфликта между США и Китаем. Затем пандемия локдаунами и последовавшим дефицитом полупроводников нарушила стабильные графики поставок. Россия прошла мимо этих рифов, почти их не заметив... Но наступил февраль 2022 г.

В первые же недели после начала СВО накатывающиеся волны санкций перечеркнули «достижения» глобализации. Предупреждения экспертов стали явью. Но такой энергии разрушения связей никто не ожидал.

Уверенные в своем праве чиновники в Вашингтоне и Брюсселе объявили поставки базовых станций, серверов и микроэлектроники в Россию преступлением. Угроза наказания вполне реальна: на кону миллиардные штрафы от ЕС, США и Великобритании (прецеденты с ZTE и Ericsson – всем напоминание).

К середине весны 2022 г. российские операторы остались без поставок оборудования для мобильных сетей. В первые дни СВО выбывающие вендоры распродали все оборудование на складах. Кое-кто из операторов (счастливчики!) еще успел получить последние партии из-за рубежа. Но на этом все – мы подошли к развязке истории, начавшейся 30 лет назад.

Операторы показывают хороший запас прочности. В период недавней пандемии они усилили сети, чтобы справиться с возросшими нагрузками, и это создало задел для 2022 г. А проходившая в эти же годы замена оборудования заполнила операторские склады старой техникой, которая снова стала востребована.

Не остался в стороне и регулятор. Для помощи операторам Минцифры на время отменило требования по покрытию мобильной связью крупных автотрасс и малых населенных пунктов – уже закупленное оборудование найдет применение в более приоритетных узлах сети. Для тех же целей готовятся меры по совместному использованию операторами базовых станций в небольших населенных пунктах и на трассах.

По осторожным оценкам рынка, операторы обеспечены оборудованием минимум на 1–1,5 года. Правильными решениями и шерингом дедлайн можно отодвинуть до 2–3 лет. Но даже они пролетят как мгновение, так что фору необходимо использовать с умом.

Самый глупый способ потратить эти 2–3 года – ожидать отмены санкций. Самый разумный – сделать ставку на комплексный подход: а) делать оборудование самим, б) покупать его у тех, кто готов продавать, в) закупать б/у.

Закупка подержанного оборудования – распространенная практика в мире. Иран не даст соврать. Бывший президент США Дональд Трамп в 2018 г. ввел против Исламской Республики максимальные санкции, и страна осталась без технологической поддержки глобальных вендоров. За год официальные поставки трех брендов упали на 90%, затем обнулились. Однако заработали механизмы серого импорта, обеспечивая операторов продукцией б/у со снятыми шильдиками. Такая техника вполне может стать головной болью для оператора. С другой стороны, подобные поставки улучшают общую ситуацию и позволяют заполучить электронную компонентную базу, которая производится только на Западе.

Как ни странно, не всех вендоров пугают санкции. В дружественных странах Азии существуют компании, которые выпускают неплохие образцы техники. Мало того, они готовы игнорировать указания чиновников Европы и США, поскольку не работают с этими регионами. Такие вендоры второго и третьего эшелона не закроют все потребности внутреннего рынка, да и не должны. В то же время международная кооперация позволяет поставить перед отечественным импортозамещением реалистичные цели.

Что касается собственного производства, то сейчас на первый план выходит задача выпуска оборудования для мобильных сетей LTE (4G) и 2G. Разработать такую технику (тем более что наработки уже были), довести до операторского класса и начать ее выпуск вполне реально.

Нельзя забывать про 5G. Цифровая экономика не раскроет с помощью LTE даже 20% своего потенциала. Реальные скорости от 100 мбит/с и далее до гигабита «по воздуху», надежные беспроводные сети для производств и логистических узлов, связь для беспилотного транспорта – здесь альтернативы 5G нет. Соседний Китай стал лидером, нам пора догонять. Сети LTE в России близки к пределу возможностей – приближается время передать нагрузку пятому поколению.

Создавать 5G сложнее, чем оборудование предыдущих поколений. Но России и такие проекты по плечу. Уже есть разработчики, действующие образцы техники и ПО. По мере решения проблем с микроэлектроникой от дружественных вендоров и выделением частот для 5G в России пятое поколение начнет поставляться операторам.

Рецепт ближайших пяти лет прост: разумные, но амбициозные планы по импортозамещению LTE и 5G, работа с азиатскими партнерами и отлаженный серый импорт (где необходимо). Ничего невозможного здесь нет.