Мнения
Бесплатный
Аналитика / Гражданское общество
Статья опубликована в № 3889 от 06.08.2015 под заголовком: Гражданское общество: Счет в пользу насильников

Счет пока в пользу насильников

Домашнее насилие должно стать преступлением, которое общество не может терпеть
Мария Эйсмонт

Будет очень жаль, если трагедия в Нижегородской области, где мужчина убил и расчленил своих шестерых детей, беременную жену и собственную мать, приведет лишь к проклятиям убийце, наказанию какого-нибудь «стрелочника» из опеки и очередным призывам вернуть смертную казнь.

Потому что правильным выводом из происшедшего была бы политическая воля немедленно изменить порочную систему, потакающую домашнему насилию в России и возлагающую ответственность на жертву, у которой часто два выхода: убить или умереть. За примерами далеко ходить не нужно: всю эту неделю идут суды над домашними насильниками и теми, кто дал им отпор. Счет пока в пользу насильников.

Так, во вторник мировой судья постановил прекратить уголовное дело против Михаила Шлиммера, который превратил лицо своей девушки Анны Жавнерович в один большой синяк. Основание для прекращения дела – акт амнистии, объявленной Госдумой к 70-летию Победы.

Сегодня, в четверг, Кузьминский районный суд должен принять решение по другому делу о домашнем насилии: судья рассмотрит апелляцию на оправдательный приговор мирового судьи автослесарю Дмитрию Новосельскому, который на протяжении трех лет периодически унижал и избивал проживавшую с ним Наталью Туникову. Та молчала, потому что, как она говорит, ей было стыдно. «Я считала, что только плохих женщин бьют, каких-то падших. Хороших бить не будут», – объясняет Туникова. В один прекрасный день, когда мужчина избил Наталью до полуобморочного состояния и потащил ее к балкону, угрожая сбросить вниз, она схватила со стола нож. Агрессор выжил, но теперь уголовному преследованию подвергается Наталья.

В отношении Татьяны Кулаковой приговор уже вынесен: четыре года лишения свободы за то, что, защищая себя и своих детей (старшей девочке 8 лет, младшей – 4 месяца) от мужа-агрессора, она ударила его ножом в ногу, попала в артерию и тот умер от кровопотери. Прокурор просил еще больше – 10 лет. Это при том, что соседи свидетельствовали: муж Татьяны употреблял наркотики и периодически избивал ее, а в тот день старшая девочка в одних трусах бежала по лестнице в подъезде с криками: «Миша, не убивай маму!» Очередное заседание Мосгорсуда, рассматривающего апелляцию на приговор, состоится завтра, в пятницу.

Многих подобных историй, как и нижегородской трагедии, могло бы не случиться, действуй в России специальный закон о домашнем насилии, обязывающий правоохранительные органы вмешиваться, не дожидаясь, когда жертва подаст в суд на своего обидчика, потому что в большинстве случаев этого не происходит. Помог бы и так называемый «охранный ордер» – запрет под угрозой ареста агрессору приближаться к жертве насилия. Под петицией на Change.org с требованием к Госдуме принять такой закон подписались 136 000 человек. Но законопроект «О профилактике семейно-бытового насилия», получивший общую положительную оценку правительства «при условии доработки с учетом замечаний» (а замечания фактически превращают закон в рамочный), пока так и не внесен в парламент. Зато там ожидается другой законопроект, уже получивший одобрение пленума Верховного суда, – о декриминализации нескольких составов преступлений небольшой тяжести, среди которых ч. 1 ст. 116 (побои), ч. 1 ст. 119 (угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью): именно по ним привлекают к уголовной ответственности домашних насильников в тех редких случаях, когда дело доходит до суда.

Сигналы, поступающие сверху в общество, в котором насилие – норма, а жертва часто «сама виновата», попадают на благодатную почву. Нельзя сказать, что тема домашнего насилия у нас не поднимается: многие телешоу с удовольствием приглашают к себе участников домашних конфликтов, но дальше публичных скандалов и смакования подробностей чужой семейной жизни дело не идет.

Автор петиции на Change.org – Алена Попова, несколько лет защищающая жертв домашнего насилия, – считает, что пришло время создать волонтерскую сеть, где жертвы насилия помогали бы друг другу и получали помощь адвокатов и психологов. В планах движения создать единый трехзначный номер и кодовые слова (например: 112 – «ребенок в опасности») до системы быстрого оповещения и реагирования по примеру «Лизы Алерт», а также юридическая помощь, анализ судебной практики и моральная поддержка в судах. «Мы ставим непременное условие: если мы помогли вам, вы – наш волонтер, – говорит Попова, – и если к вам обратится такая же жертва домашнего насилия, вы должны помочь ей».

Движение только создается, но первые связи завязались: Жавнерович придет завтра на суд к Туниковой, которая уже приходила на суд к Анне. И обе собираются поддержать Кулакову.

Автор – журналист