Аналитика / Гражданское общество
Статья опубликована в № 4244 от 19.01.2017 под заголовком: Гражданское общество: Карцер за одеяло

Карцер за одеяло

Власть потеряла страх перед публичностью
Мария Эйсмонт

История Евгении Чудновец, молодой воспитательницы из Екатеринбурга, осужденной на пять месяцев колонии за репост видеозаписи с издевательствами вожатых над ребенком в лагере, поражает не только своей – даже по меркам современной России – вопиющей несправедливостью и неоправданной жестокостью. В этот раз российскому гражданскому обществу так и не удалось оказать давление на власть по такому, казалось бы, простому, понятному и совершенно политически не ангажированному делу.

Восемь лет назад несколько пикетов, просьбы известных людей и почти 100 000 подписей россиян помогли освободить юриста ЮКОСа Светлану Бахмину, на тот момент в колонии беременную третьим ребенком. Полтора года назад российские общественные активисты смогли с помощью широкой огласки дела и тысяч живых подписей, адресованных президенту, добиться освобождения из изолятора ФСБ многодетной кормящей матери Светланы Давыдовой, которую обвиняли в государственной измене в пользу Украины.

Сложившийся порядок вещей до сих пор предполагал одновременно с нереальностью добиться серьезных изменений в правоохранительной системе в то же время возможность помочь некоторым конкретным ее жертвам. Максимально деполитизировать дело, сделать упор на гуманистическом аспекте, придать факту максимальную огласку, заручиться поддержкой влиятельных людей, дойти до первых лиц государства – и человек может быть спасен.

И вот в случае с Чудновец, казалось бы, все это было соблюдено: о деле воспитательницы писали и кричали, лишение ее свободы осудили даже лояльные власти политики, включая депутатов «Единой России». Официальный представитель Следственного комитета сообщила «Российской газете», что «силами центрального аппарата будет проверена полнота и объективность проведенного расследования». А потом на пресс-конференции президент Путин, отвечая на вопрос о деле воспитательницы, пообещал «посмотреть», «насколько справедливые там были решения».

Но вышедшее из новогодних каникул российское общество с изумлением узнало, что Чудновец не только не встречала праздники в семье – апелляционная инстанция в последней декаде декабря оставила реальный срок в силе, снизив его всего на один месяц, – но и недавно получила 15 суток карцера за то, что прикрыла одеялом ноги. Система не только проигнорировала сигналы снизу, на которые раньше обычно отвечала, но и, кажется, послала обратный: 15 суток карцера. За одеяло.

«По моим ощущениям, в той сфере, которой мы занимаемся, получается добиться результата, если есть поддержка и внимательный взгляд извне или если аппарат первого лица считает, что решение вопроса пойдет на пользу рейтингу. Во всех остальных случаях любые изменения в последнее время – это почти наверняка ухудшение ситуации», – говорит директор «Общественного вердикта» Наталья Таубина. «Власть осознала свой страх перед публичностью как проблему, – считает социолог Элла Панеях, – и посылает обществу ответный сигнал: поддержкой и шумом вокруг жертвы государственного произвола можно спровоцировать еще более жестокую расправу над ней».

Означает ли это, что нужно перестать возмущаться и требовать? Нет. Ведь если власть показывает, что никаких правил у нее для нас не существует, это не значит, что их нет у нас для самих себя. Например, всегда заступаться за несправедливо преследуемых.

Автор – журналист

Выбор редактора