Аналитика / Наше «мы»
Статья опубликована в № 4252 от 31.01.2017 под заголовком: Наше «мы»: Кого защищает закон

Кого защищает закон

Половина страны на закон не надеется
Алексей Левинсон

«Левада-центр» в начале этого года спросил граждан, чувствуют ли они себя лично «под защитой закона». Результат таков: 39% выбрали ответ «да», 47% – ответ «нет». Обычно «незащищенными» считаются те или иные меньшинства, а тут выясняется, что в меньшинстве как раз защищенные, а не чувствующие защиты закона – это чуть ли не половина всех жителей страны. Между тем по результатам наших многочисленных исследований можно с уверенностью сказать, что сами наши граждане хотели и хотят жить по закону, но при условии, что закон был бы и равным, и обязательным для всех. В других словах это же можно сформулировать как широкую поддержку идеи демократического правового государства и, напротив, неприятие практики избирательного применения закона.

Характерно, что верят в свою защищенность более всего те, кто лишь недавно достиг возраста гражданской зрелости, кто укрыт от жизни стенами учебных заведений. Среди молодых людей вообще, а среди учащейся молодежи в особенности большинство считают, что они под защитой закона (53 и 64% соответственно). Так говорят и те, кто в основном проводит время в стенах родного дома и потому укрыт более других: это домохозяйки (53%). На грустные размышления о том, кого у нас закон охраняет, а кого – нет, наводит тот факт, что среди самых богатых опрошенных баланс ответов о защищенности/незащищенности 47% к 43%, т. е. они скорее защищены, а среди наиболее бедных – наоборот: 29% чувствуют защиту, а 55% ее не ощущают.

Пока что речь шла об относительно небольших частях населения. Но вот самая массовая категория – люди рабочих профессий. Из них 33% ответили, что чувствуют себя под защитой закона, но 55% ответили отрицательно. Нет ощущения достаточной защищенности у другой массовой категории – пенсионеров (38% – «да», 46% – «нет»). Но оказывается, что в предпенсионном возрасте такие ощущения еще острее. Чувствующих защиту – столько же (38%), а ее не ощущающих – более половины (52%).

В том же опросе людей спросили, какую роль играют в нашей жизни те или иные институты, в том числе связанные с созданием и применением законов. Как и всегда, на первом месте оказался президент (его роль назвали «большой» и «очень большой» 92%), на втором – его администрация (для нее этот показатель равен 79%). Известно, что многим первое лицо государства представляется стоящим выше законов. Следом идут Вооруженные силы (73%), ФСБ и прочие спецслужбы (72%). Они в глазах многих россиян потому и «спец-», что им порой позволено не соблюдать закон ради выполнения задания. Прокуратуру вспоминали реже (53%). А роль собственно создателей законов – обеих палат парламента – и правоприменителей – суда, полиции – назвали важной менее половины россиян. Из других опросов известно, что многие к тому же считают их пораженными коррупцией.

Но куда деться? И если что, мы, россияне, обращаемся в полицию, идем в суд. Надеемся, что закон нас защитит. А поскольку уверенности нет, то при возможности стараемся обеспечить это всеми доступными нам средствами.

Автор – руководитель отдела социокультурных исследований «Левада-центра»

Кандид
10:06 31.01.2017
Я много раз участвовал в разных судебных процессах (гражданских) и только один раз, еще в СССР, решение было несправедливым. Много лет спустя судья, вынесший неправосудное решение, встретив меня на улице, неожиданно подошел и попросил прощения. Все остальные решения были изначально справедливыми и устояли и при кассации. И все-таки не чувствую себя защищенным, поскольку плохи принимаемые законы, а суды не свободны от власти. Мои процессы закончились успешно, поскольку носили частный характер, не было давления на суд со стороны влиятельных сил. Уверен, что большинство судей хорошо профессионально подготовленные люди, но абсолютно лояльные власти. Кроме того, они очень зависимы от нее. Потеря статуса судьи сулит им очень серьезные проблемы, поэтому они там, где этого от них требуют, выносят нужные власти решения. Второй аспект беззащитности – массовая бедность. У нас значительная часть населения бедна, даже средний класс по международным стандартам чуть выше нищеты. И власть это устраивает. Нет ни бесплатной медицины, ни приличного бесплатного образования. Кажется, Жириновский сказал о ненужности хорошего образования, поскольку сильно умные становится критиками власти либо уезжают за границу. Если он этого не говорил, то прошу у него прощения. А если говорил, то скажу, что он сказал правду о власти. Именно таково отношение ее к народному образованию. Мы, кстати, многое копируем в образовании у США, а надо бы у Финляндии и Эстонии. Третий аспект – традиции многовекового рабства. 300 лет крепостного права и 70 лет ВКП(б) (второго крепостного права большевиков) породили институт бедности и бесправия, не случайно самыми незащищенными чувствуют себя рабочие. Их социальное самочувствие в условиях нынешнего государственного капитализма значительно ухудшилось. Дело в том, что при социализме власть заигрывала с рабочим классом, а в 60-70 годы доходы рабочих были больше учителей и врачей. Но система в целом была негодной, поэтому и рухнула. Возникший при социализме новый правящий класс (номенклатура), описанный Джидасом и Восленским, сохранил свои позиции после крушения системы и создал мафиозное государство, описанное на примере Венгрии Б. Мадьяром (см. «Анатомия посткоммунистического мафиозного государства» Издательство НЛО, 2016 год). Таким образом, ощущение беззащитности носит вполне объяснимый и объективный характер.
70
Комментировать