Мнения / Аналитика / Правила игры
Статья опубликована в № 4899 от 16.09.2019 под заголовком: Когда мы лояльны к вранью

Когда мы лояльны к вранью

Даже если политика уличить во вранье, на уровне его поддержки среди его сторонников это не скажется
Максим Буев

Историк Василий Ключевский описал, как в XVI в. двуличность и бесцеремонность московских дипломатов повергали в отчаяние иностранных послов. В наше время традиции древнего московского государства продолжают жить: политики часто врут настолько бесцеремонно, что диву даешься, почему преступание ими социальных норм не ведет к массовому возмущению и регулярным коллективным действиям на его основе. Например, расследования Фонда борьбы с коррупцией (ФБК) уличают чиновников во вранье о своих доходах. Однако даже доказательства вопиющих случаев воровства и бездействие властей на улицы выводит гораздо меньше людей, чем, казалось бы, должно было. Почему?

Разумеется, власти стараются препятствовать деятельности ФБК, а гражданам – мешать свободно выражать свое мнение, когда оно не совпадает с «линией партии». Вместе с тем недавние научные исследования предлагают другие интересные объяснения, почему на улицы после таких расследований выходит мало возмущенных ложью людей.

Оказывается, идеология – упрямая вещь. Если, например, избиратель по какой-то причине не любит либералов, то он будет готов терпеть ложь и нарушения моральных норм от консерваторов, чьи взгляды ему ближе. Проверкой фактов, которой, по сути, занимается ФБК, не так-то легко убедить избирателя, что «Единая Россия» – это «партия жуликов и воров», если он изначально относится с недоверием к Алексею Навальному. Эксперименты, проведенные учеными в США, показывают, что факт-чекинг ложных заявлений политика у его сторонников снизит веру в их суть, но не скажется на его поддержке. Более того, срок годности у факт-чекинга ограниченный: даже вопиющая ложь избирателем быстро забудется.

Дальше – больше. Оказывается, что если предложить избирателю вообразить ситуацию, когда ложь могла бы оказаться правдой, то избиратель понизит этические требования к сказанному. Например, если тот или иной герой расследований ФБК скажет, что заработал деньги на роскошную виллу еще до того, как стал чиновником, то в глазах своих сторонников он снова станет честным. «Деньги до» – теоретически разумное объяснение. Даже если герой опять лжет, его избиратель верит своему воображению. Это понижение стандартов, однако, не работает с политическими противниками героя.

Отсюда вывод, что, даже когда мы видим факты, уличающие лжецов, мы приходим к разным моральным заключениям в зависимости от того, в каком политическом лагере находимся. Значит, правдой бороться с политической поляризацией общества труднее, чем кажется. Что же тогда делать?

Во-первых, можно играть на других эмоциях избирателей. Например, в США некоторые звезды ТВ – противники Трампа переубеждают консерваторов, настолько грациозно и тепло персонифицируя либеральные идеи, что способны превратить их гнев в эмпатию. Эмпатия ведет к доверию, в том числе и к источникам информации, уличающим Трампа во лжи. Во-вторых, можно требовать принятия законов об ответственности политиков за ложь. В свое время подобные законы изменили рекламную отрасль. Это, кстати, было бы еще разумным ответом избирателей на законы об оскорблении власти, введенные в России весной этого года. В-третьих, надо продолжать факт-чекинг: без него точно будет хуже.

Автор — проректор РЭШ по стратегическому развитию

Читать ещё
Preloader more