Открытость и самоизоляция во времена эпидемии

О болезненной реакции России на сообщения о недоучете смертей от ковида

Удивительная характеристика нынешнего кризиса: он всем миром переживается «в одной лодке» и «в прямом эфире». Открытость данных беспрецедентная, обмен информацией – почти мгновенный, и политики разных стран впервые в истории получили возможность сразу же учиться на ошибках друг друга и на ходу корректировать свои действия по борьбе с вирусом.

В такой ситуации любая необычная ситуация, любое отклонение данных от «средней температуры по больнице» – не просто интересная статистика, но и шанс для человечества лучше понять суть происходящего и перспективы. От правильных выводов зависит, как быстро будут сняты карантинные меры и какой процент населения надо будет вакцинировать, чтобы гарантировать популяционный иммунитет. Проблема, однако, в том, что в оперативных данных много всякого шума, который затрудняет понимание истинного положения вещей. Даже в очевидной, на первый взгляд, статистике смертности от вируса скрываются огромные возможности для разночтений. Почему?

Во-первых, тесты на ковид не гарантируют точности диагноза. Следовательно, есть шанс, что часть вызванных им смертей не фиксируется должным образом по причине неэффективности тестов. Во-вторых, оперативная официальная статистика часто фиксирует лишь смерти, которые легко учесть: например, в госпиталях, но не в домах престарелых. По информации из Европы мы знаем, что недоучет может быть весьма существенным.

Чтобы быстрее понять истинный размах эпидемии, ученые предлагают смотреть на месячные отклонения общего числа смертей, вызванных разными причинами, в текущем году от средних показателей прошлых лет. Ожидаемо плохие новости заключаются в том, что во многих странах эти отклонения оказываются большими.

Еще хуже выглядит тот факт, что разница не полностью закрывается смертями от нового вируса, зарегистрированными официальной статистикой. В большинстве стран неучтенные смерти объясняются скорее недостаточным числом проведенных тестов, нежели умышленным манипулированием статистикой.

Необычно низкими показателями смертности от ковида выделяется Россия, что, разумеется, и у исследователей, и у политиков вызывает огромное любопытство – в чем же секрет успеха? Причин может быть несколько: 1) мы находимся на другом (раннем) этапе эпидемии, 2) мы недостаточно много тестируем на вирус или наши тесты недостаточно эффективны, 3) мы оказались лучше готовы к эпидемии – у нас лучше медицина или мы быстрее других поняли что-то важное о вирусе, 4) наш метод подсчета смертей отличается от принятого в иных странах и злого умысла здесь нет, и, наконец, 5) мы можем специально по-другому считать смерти, т. е. по какой-то причине манипулировать данными.

Россия действительно вошла в пандемию позже, чем другие страны, и наши власти указывали, что низкая смертность объясняется успехами медицины: оперативным назначением лечения и быстрой госпитализацией пациентов.

Кроме того, у нас действительно уже проведено и огромное число тестов. На прошлой неделе в СМИ появилась информация, что процент «неучтенных смертей» в одной лишь Москве за апрель кажется весьма значительным: смертность от ковида может быть выше официальной минимум в 2 раза. Еще до этих публикаций в The Moscow Times, The New York Times (NYT) и Financial Times (FT) на основе результатов своих исследований такие предположения сделали в Facebook несколько известных российских экономистов и социологов.

О наших успехах в борьбе с заразой было сказано, и расхождение в оценках смертности говорит о следующем. Либо проведенные нами тесты были не особо эффективными, либо мы как-то по-другому считаем официальные цифры. Разобраться в этом важно для того, чтобы наша внутренняя политика при противодействии вирусу была наиболее эффективной. В этой ситуации, как мне кажется, любой разумный и ответственный политик сказал бы спасибо за новую информацию и начал разбираться в причинах проблемы.

Но, конечно, я наивен: наши разумные и ответственные политики реагировали по-другому. Они фактически сразу же отмахнулись от новых представленных им чисел, отметив, что у нас в стране статистикой не манипулируют.

И тут же еще раз указали на то, что наши показатели смертности от ковида ниже средних по миру в 7 раз, причина чего кроется в исключительной точности посмертной постановки диагноза с помощью аутопсии.

Верю в то, что на самом деле все так и есть, но эта реакция меня волнует по трем причинам. Во-первых, манипуляции с данными наши официальные лица опровергли с помощью манипуляций. Посудите сами: если «весь мир» не способен провести аутопсию точно, а в России это сделать могут, то сравнение средней мировой статистики и нашей некорректно: весь мир считает общий эффект ковида («загрязненный» осложнениями от других болезней), а мы считаем только чистый эффект. Это означает, что различия в 7 раз не несут смысла: для оценки нашей уникальности надо сравнивать либо общие эффекты, либо чистые. Эта цифра, однако, удобна для отчетности официальных лиц перед президентом, который разбираться в тонкостях сбора данных не будет. Иными словами, здесь мы имеем дело либо с намеренным искажением политиками истинного положения дел: попросту с враньем, – либо с bullshit. Последний термин уже стал вполне политическим и описывает бездумную игру цифрами для собственной выгоды. Та же FT писала про этот излюбленный политиками прием в контексте, например, Brexit.

Во-вторых, последовавшая реакция нашего МИДа и депутатов Госдумы, которые предъявили претензии FT и NYT и обвинили их в злом умысле, говорит о том, что наши политики склонны попадать в так называемую когнитивную ловушку «атрибуции враждебности»: они видят злой умысел там, где его нет. Их непропорциональная реакция лишь демонстрирует «всему миру», по сравнению с которым мы намного лучше боремся с ковидом, что делиться секретами своего успеха мы не будем. Совместно бороться с глобальной заразой нам не интересно. Лучше мы не только самоизолируемся, но и в очередной раз упустим возможность проявить конструктивные лидерские качества.

Но основная проблема, как мне кажется, кроется в другом. Власти пока так и не объяснили причину появления лишних смертей в Москве в апреле. Если смерти от вируса мы учли на все сто, то есть что-то еще, что выкашивает наших людей одновременно с ним. Понять, что это, очень важно, а со злыми кознями западных СМИ, привлекших наше внимание к официальным данным на портале правительства Москвы, разберется Роскомнадзор.

Другие материалы в сюжете