Дело о 27 процентах

Почему социологические данные вызывают такую острую реакцию

Один из персонажей Вуди Аллена – драматург, пишущий комедии, говорит: «Как мир может быть забавным, если нельзя доверять даже кардиограмме». Социологический график – та же кардиограмма. Но доверять ей можно. А недоверие породило комическую ситуацию. Посольство России в США, а вслед за ним представители Думы обвинили Bloomberg в создании «ложного образа» Владимира Путина: одной из иллюстраций к статье, где рассказывалось о причинах, по которым власти спешат с проведением голосования по Конституции, стал график ВЦИОМа с замером уровня доверия президенту. Доверие очевидным образом падало.

График был объявлен фейковым.

Но данные о падении одного из двух рейтингов доверия Путину до 27% в мае – реально существующие. Больше того, это старая вциомовская методика, ее использует уже десятилетиями в том числе и «Левада-центр». Новая методика, согласно которой показатели президента выглядят более презентабельно (67,9%), была введена примерно год назад, когда к ВЦИОМу возникли претензии из-за того, что данные по старой методике стали выглядеть не слишком впечатляюще.

Чтобы покончить с методологической частью и неспособностью цвета российской дипломатии и слуг народа читать не то что графики, а просто сайт социологической организации, надо сказать, что над данными с 27% висит заголовок: «Динамика доверия политикам». 27% – это ответ на открытый вопрос «Все мы одним людям доверяем, другим – нет. А если говорить о политиках, кому вы доверяете, а кому не доверили бы решение важных государственных вопросов?». В сноске к графику в статье Bloomberg этот деликатный момент оговаривается. Аналогичный (в чуть другой формулировке) вопрос «Левада-центра» дает и похожий в пределах погрешности результат – 28%. Иная методика ВЦИОМа, введенная год назад, – это ответ на вопрос «Доверяете или не доверяете такому-то политику?» с соответствующим списком этих политиков.

Дипломаты и парламентарии склонны абсолютизировать блеск и нищету цифр. Между тем важнее тренд. А он очевиден: в то время как в ходе пандемии рейтинги лидеров в странах западной демократии в целом растут, рейтинги Путина устойчиво и довольно быстро падают. Еще, например, 2 февраля 2020 г. рейтинг доверия Путина по новой вциомовской методике составлял 72,1%, а 17 мая, как было отмечено выше, он опустился до показателя, которым так гордится посольство России в Вашингтоне, 67,9%.

Если говорить о более длинном тренде, то рейтинги президента снижаются уже очень давно. Рейтинг одобрения деятельности Путина, согласно замерам «Левада-центра», начал падать сразу после сногсшибательной победы автократа на президентских выборах 2018 г. (т. е. еще до пенсионной реформы), затем снизился до значений, характерных для периода до «покоренья» Крыма. Потом стабилизировался вокруг отметки 70%, достиг 63% в марте (при антирекорде в 2011 и 2013 гг. в 61% – в те времена, когда спасти популярность Путина могла только маленькая победоносная война, что и случилось).

«Левада-центр», который, в отличие от ВЦИОМа, не проводит телефонных опросов при замерах политических предпочтений россиян, воздержался от включения в график одобрения деятельности Путина апрельских данных, собранных вынужденным образом (из-за пандемии) методом именно телефонного опроса. Телефонные показатели опубликованы отдельно: тренд на снижение сохранился, рейтинг одобрения пошел на антирекорд в 59%.

Еще раз: ничего нового в этой истории с рейтингами нет. Больше того, было бы странно, если бы в жестко авторитарной персоналистской системе автократ, который в тучные времена собирает весь до последнего колоска урожай благоприятного отношения к нему со стороны большинства подданных, не аккумулировал бы в худые времена большую часть отрицательной энергии тех же россиян.

Российская система так устроена – и на это обращал внимание еще почти 20 лет назад Егор Гайдар, – что у российского истеблишмента от роста цен на нефть происходит разжижение мозгов: его представители полагали, что высокая нефть будет всегда, как навеки поселится в мозгах россиян и одобрение автократа на уровне 80%. Но так не бывает. И это, как любил приговаривать наш бывший премьер-министр, «нормально». Тем более что степень импотентности – в простом бытовом, не политическом смысле – государства в период пандемии оказалась до такой степени кричащей, что рейтинги человека, персонифицирующего эту «слившуюся» российскую государственность, не могли устоять даже на уровнях января 2020 г.

К слову, это скверный признак. Чтобы компенсировать технократическую неэффективность и финансовую прижимистость, Кремль с удвоенной энергией начнет напирать на идеологию с ее теперь уже почти официально закрепленными в Конституции скрепообразным боженькой, тысячелетней историей и «государствообразующей» нацией, прямо переселившейся в Основной закон России XXI в. из тоста Сталина за русский народ от 24 мая 1945 г.

Представители российской власти уже не в первый раз поднимают скандал на ровном месте. И всякий раз это происходит по причине не удовлетворяющих их цифр.

Данные о реальных располагаемых доходах граждан стоили должности гиперпрофессиональному главе Росстата. Но даже новая методика счета эти показатели не улучшает – ни абсолютные, ни структурные. Крикливое привлечение к ответу парочки мировых газет с использованием контрпропагандистской риторики конца 1940-х гг. в связи с «неправильным» счетом смертности от коронавируса лишь укрепило подозрения в манипулировании властями статистикой. Тем более что специалисты в этой области не раз указывали на несуразности в статистических данных о структуре смертности после того, как ее показатели потребовалось «улучшать» в связи с майскими указами президента еще 2012 г. Россияне у нас теперь и умирают-то по кремлевским указам... А скандал с данными ВЦИОМа обнаружил то ли внутреннюю истерику кремлевских товарищей, то ли чрезмерное желание чиновников из совершенно неожиданных мест вроде посольства в Вашингтоне выслужиться перед руководством – или и то и другое вместе.

В качестве седативного средства предложил бы особо нервическому чиновничеству ознакомиться с обнадеживающими для власти данными «Левада-центра» о готовности граждан голосовать за поправки к Конституции: число желающих проголосовать «за» выросло с марта по апрель с 40 до 47%. Можно поздравить и ЦИК – голосование в России в последние годы окончательно из собственно выборов превращается в аккламацию, т. е. в выкрик с галерки утомленным голосом: «Правильно!» 

Так всегда вел себя пугливый обыватель – опора и становой хребет авторитарных и тоталитарных режимов. Из зала выкрикивал слова поддержки, когда надо было заклеймить очередную «банду кровавых собак». Образовывал 99,9% на выборах в Верховный Совет СССР. Он и сейчас готов голосовать за поправки, особенно если для него это уже превратилось в ритуал законопослушности, а начальник обещает регулярные индексации. Так иных избирателей привлекали на участки бутылкой водки или воздушным шариком для ребенка.

Плохая новость для Кремля состоит в том, что это тот же самый человек, который не доверяет власти и перестает одобрять ее. У государствообразующей нации всегда за пазухой камень, а в кармане – кукиш.