Вехи Ильина

Ожесточенные нападки на философа – верный знак, что он нужен России

Философа Ивана Ильина пытаются обвинить в апологетике нацизма. Пренебрегая элементарными законами герменевтики (т. е. правилами толкования текстов), манипулируя парой вырванных из контекста фраз, обвинители стремятся навсегда заклеймить мыслителя, его идеи и труды. Дискредитация интеллектуалов путем недобросовестных обвинений в «коллаборационизме» с преступными политическими режимами и несоответствии либеральной политкорректности – проверенный прием из арсенала американской идеологической инквизиции. Ильин не первая ее мишень.

Напомним: поводом для претензий к Ильину стала его газетная публикация в мае 1933 г., вскоре после прихода Гитлера к власти. В те же дни в национал-социалистическую партию вступили немецкие философы Карл Шмитт и Мартин Хайдеггер, причем последний перед этим стал ректором Фрайбургского университета. Новый ректор говорил о необходимости «выполнять задачи, исходя из воли рейха»; вместе с тем он оказался не готов вывешивать в университете антисемитские плакаты и проводить сожжения книг. Уже год спустя Хайдеггер ушел в отставку и перестал участвовать в собраниях нацистской партии. Шмитт получил пост руководителя группы экспертов рейха в области права – рейхсфахгруппенляйтера, который покинул в 1936 г., также оказавшись для гитлеровского режима недостаточно лояльным «оппортунистом».

И Хайдеггер, и Шмитт, и Ильин – философы первой величины, их авторитет и научный вклад неоспоримы. Но философы тоже люди, не застрахованные от ситуативных ошибок. Вначале они увидели в национал-социализме некое созвучие своим идеям; конечно, это была близорукость, но несправедливо судить их задним числом. Кратковременная лояльность политической партии, которая только пришла к власти, а ее преступная природа еще не была продемонстрирована, едва ли может ставиться в вину профессору, должность которого приравнивалась к госслужбе. К чести Хайдеггера, после войны он отказался от сотрудничества с ЦРУ, настойчиво ему предлагавшегося, – соблазна, перед которым не смог устоять его коллега Карл Ясперс и многие интеллектуалы, заслужившие место в культурном «каноне» XX в. упражнениями в антисоветчине и русофобии. Можно не сомневаться, что ярлык «коллаборациониста» стал местью немецкому философу именно за отказ принимать участие в этом.

Ситуация с Ильиным аналогична. Подобно Хайдеггеру и Шмитту, на волне энтузиазма по поводу прихода к власти в стране партии исторического реванша он также приветствовал это событие и опубликовал в газете «Возрождение» статью «Национал-социализм. Новый дух». В ней Ильин объяснял поддержку немцами Гитлера их «реакцией на годы послевоенного упадка и уныния», ожиданием «национально-духовного и социального обновления страны», отдавая при этом отчет в драматизме происходящего («когда и где такая борьба обходилась без эксцессов?»). По предположению русского философа, существовал особый дух, который роднил немецкий национал-социализм не только с итальянским фашизмом, но и с русским белым движением.

Но уже в следующем – 1934 году Ильин был лишен кафедры в берлинском Русском научном институте за отказ следовать партийной программе национал-социалистов, в частности включать в свои лекции пропаганду антисемитизма и критику христианства. В последующие годы давление на Ильина возрастает: конфискуются его печатные работы, накладывается запрет на публичные выступления, ибо многое, чему он учил, было несовместимо с теорией и практикой национал-социализма. Оказавшись в ситуации запрета на профессию, в 1938 г. Ильин с супругой бегут из охваченной фашистским безумием Германии в нейтральную Швейцарию. Совершенно очевидно: если бы Ильин действительно был апологетом нацизма и проводимой им преступной политики, его отношения с гитлеровским режимом сложились бы как-то иначе.

Если Хайдеггер был записан в нацисты, судя по всему, за отказ работать на ЦРУ, то кому и зачем понадобился миф о «нацизме» Ильина? В 2006 г. некий Денис Бабин опубликовал на неотроцкистском ресурсе «Лефт.ру» пасквиль «Иван Ильин – фашистский апологет и «интеллектуальный наставник» Путина». Автор не скрывал раздражения по поводу состоявшегося в 2005 г. перезахоронения Ильина в Москве, а также того факта, что Россия выкупила архивы философа: «Похоже, власть, наконец, нашла национальную идею <...> Ведь в его работах очень удачно соединяются патриотизм, православие и государственничество – те три кита, на которых зиждется современная путинская идеология». Для Бабина, как и многих сегодняшних хулителей Ильина, главное преступление русского философа в том, что он «ярый антикоммунист».

Ильина пытаются противопоставить историческому опыту народа, строившего и защищавшего советское государство, создателем и символом которого был Ленин. Между Ильиным и Лениным имели место некие «странные сближенья». Свои программные работы, в том числе «Развитие капитализма в России», Владимир Ульянов издал под псевдонимом Ильин, а Лениным он стал уже после. Непримиримые оппоненты, какими могут быть только выходцы из одной философской школы, Ленин и Иван Ильин представляли левое и правое крылья гегельянства. После ареста Ильина в августе 1918 г. Ленин лично потребовал от Дзержинского освободить философа, впечатленный его книгой о Гегеле. Что не помешало Ленину спустя четыре года выслать Ильина из России на «философском пароходе».

Такого рода «заслуги» Ленина известны. Что же касается боевых и трудовых подвигов советского народа, то они совершены не благодаря, а скорее вопреки ему. В Великой Отечественной мы победили не в последнюю очередь именно потому, что руководство успело пересмотреть ленинские установки, заменив интернациональные лозунги и революционные образы героев на национально-патриотические, мобилизовать историческую память народа, открыть церкви, восстановить традиции в культуре, науке, системе образования, военном и государственном строительстве. По сути, это был уже не ленинский коммунистический проект, а попытка реставрации Российской империи на новом историческом витке, сорванная хрущевским «возрождением ленинских норм», которое в итоге привело страну к катастрофе и распаду.

Ильин всегда был и оставался подлинным патриотом России. Как известно, среди русских философов нашлись такие, которые в 1941 г. поддержали «крестовый поход» Гитлера на Советский Союз. Возражая им, Ильин утверждал, что «война эта ведется не с коммунистами ради их «идейного свержения», а с Россией». Философ был верен себе. В начале Первой мировой вместе с Евгением Трубецким они совершили поездку по русским городам (Саратов, Воронеж, Курск, Харьков), выступая с публичными лекциями о духовном смысле войны; в 1914–1915 гг. Ильин опубликовал ряд работ, призванных поднять боевой дух народа и укрепить самосознание общества. Впоследствии философу пришлось признать, что его усилий было недостаточно: героически настроенные патриоты оказались в меньшинстве, а в обществе задавали тон «разложившееся большинство» и «пассивно-нейтральные «хороняки» (по-нынешнему «ждуны»), следствием чего стал «кризис русской военной верности и стойкости, кризис русской чести и совести».

Огромный вклад в эскалацию этого кризиса внес Ленин, который, преследуя корыстные политические цели, добивался превращения войны с Германией в революционную гражданскую, призывал русских солдат складывать оружие, боролся с «патриотами» и «социал-шовинистами», такими как Ильин. При этом Ленин был откровенным русофобом – не будем тиражировать его уничижительные тирады по поводу «великороссов» и их «национальной гордости». После прихода к власти Ленин заключает капитулянтский Брестский мир, разбазаривает российские территории и настаивает на федеративном принципе политического устройства СССР, закладывая мину под государственное здание, трагические последствия обвала которого мы пожинаем сейчас. В противоположность этому Ильин доказывал, что западная модель федерализма не может автоматически переноситься на Россию без ущерба для ее интересов, чревата национальным обезличиванием, образованием анклавов и расчленением страны, ибо Россия – это органическое единство, а не механическая сумма территорий и народностей.

Эти мысли Ильина по-прежнему в высшей степени актуальны. Как и его книга «О сопротивлении злу силою» (1925) – разоблачение старого и нового пацифизма, проповедники которого добиваются разоружения России перед лицом ее врагов – как буквального, так и морально-психологического. Ильин подверг неопровержимой критике русскую либеральную идеологию и в особенности толстовство за то, что они способствовали разрушению государственного, а вместе с ним духовного и волевого начала в исторической жизни России. Но уроки не извлечены. В частности, повестку в российской академической философии со времен «перестройки» продолжают задавать адепты этики ненасилия, практическое значение пропаганды которой сегодня аналогично антивоенной агитации в годы Первой мировой, оказавшиеся роковыми для страны.

Ожесточенные нападки на Ильина – верный знак того, что он, как никогда, нужен России. Они продиктованы страхом, что идеи этого русского философа сегодня становятся силой, способной привести нас к победе.