Две минуты тишины

83-летний Пол Маккартни принял участие в выпуске альбома «Этого ли мы хотим», записанного при участии нескольких британских музыкантов, обеспокоенных расширением использования искусственного интеллекта (ИИ) при создании музыки.

Трек Маккартни содержит ряд шумов, прерываемых звуком открываемой двери, человеческих шагов, неопределенным грохотом, а затем драматически затухающих. Произведение сэра Пола обозначено как бонус-трек, но на пластинке, которая вскоре выйдет на виниле, нет ни одной песни в собственном смысле этого слова.

Работа над проектом началась в 2024 г. и велась на фоне дискуссии о том, должны ли британские звукозаписывающие компании предоставить неограниченный доступ к своему защищенному традиционным авторским правом достоянию корпорациям, которые заняты развитием систем ИИ. Его участники опасаются, что в мире, где ИИ окажется обучен созданию художественных произведений, оригинальные тексты, изображения и музыка, написанные человеком, перестанут появляться, а авторы лишатся карьерных возможностей.

Британское правительство пока ищет и, похоже, не может найти баланс между охраной интересов представителей креативных индустрий и сотрудничеством с американскими высокотехнологичными компаниями, которые готовы инвестировать – главным образом в создание центров хранения и обработки данных.

Название «молчаливого» альбома само по себе звучит как предостережение, не говоря уж о треках, намекающих на мир, в котором больше нет места человеку. С другой стороны, на фоне только что проведенных в Европе мероприятий в память об окончании в ноябре 1918 г. Первой мировой войны трудно отделаться от мысли об очевидном и значительном смягчении нравов – ведь сопоставимые с нынешними международные обстоятельства в системе координат, существовавшей столетие назад, уже наверняка привели бы ко всеобщему открытому столкновению.

Каждый день приносит нам новости, которые еще пять лет назад казались невообразимыми: кто мог представить себе, к примеру, что руководство Еврокомиссии станет убеждать национальные правительства, что изъятие и передача третьей стороне замороженных государственных активов не просто допустима, а желательна, а возможные издержки ЕК готова компенсировать?

Сквозь этот бесконечный doomscrolling проглядывают очертания мира, который, очевидно, обладает другими механизмами балансировки, чем те, которые сломались больше столетия назад. Но совершенно точно он менее уютен, чем мир, в котором Маккартни еще писал музыку.

И все еще рискует сломаться прежде, чем мы успеем понять, как он теперь устроен.