Власть как боец без правил

В боях с гражданским обществом она готова бить даже по детям
Здесь ощущение политического шантажа, недопустимо никого шантажировать детьми <...> Любая семья будет чувствовать себя небезопасно
Евгений Бунимович уполномоченный по правам ребенка в Москве

Чем отличается настоящая уличная драка от поединка на татами или ринге – пусть и MMA? В ней нет правил, ограничение – только степень угрозы и в принципе, но не обязательно – Уголовный кодекс. Да пусть даже от драки в школьном коридоре или à la «пойдем выйдем» (опустим крайности)? Нельзя ломать колено, бить по глазам, добивать лежащего, стыдно бить в пах. Потому что это позор в глазах, например, одноклассников, сильный так не побеждает.

Все это можно на улице, где дерешься не ради победы, унижения проигравшего, уважения в глазах одноклассников. На улице цель другая – быстро травмировать противника, чтобы защитить себя или близкого человека. И не важно, что о тебе подумают окружающие. Вот такую уличную драку ведут власти с людьми, с обществом, воспитывая псов, которым можно бить женщину в живот, избивать дубинками лежащих. Можно все – даже пытаться разрушить жизнь детей. Это ведь самое уязвимое место – почему же не ударить туда? И поэтому прокуратура требует лишить родительских прав еще двоих участников акции протеста 3 августа, которые пришли на нее с ребенком. До этого она направляла в суд такое заявление по родителям, которые пришли с ребенком на митинг 27 июля.

У детского омбудсмена Москвы Евгения Бунимовича от этого очень верное ощущение политического шантажа, а детьми шантажировать недопустимо, приводит его слова «Интерфакс». Такими действиями, по его мнению, перечеркивается вся государственная политика: «Любая семья будет чувствовать себя небезопасно, если такие вещи будут происходить». И с этим не поспоришь. Президент Владимир Путин призывает заботиться о детях, государство собирается потратить на финансовую поддержку семей 2,7 трлн руб. до 2024 г. Но слуги его режима готовы разрушать семьи и жизни детей совершенно даром.

Власти идут на этот шантаж, дерутся по законам улицы, потому что им не важно уважение общества. И это проявляется в каждом шаге – в том, как они врут, как строят себе роскошные «жопы» – не важно, в виде какой буквы особняк, потому что каждым таким дворцом они показывают обществу жопу, – рассказывают обществу, как пытаются вывести его из бедности, появляясь перед бедными в костюмах ценой в 3–4 средние зарплаты. И пусть даже деньги не украдены, а по воле волшебства и случая заработаны – но одно это показывает, насколько власти безразлично мнение общества.

По такому же принципу власть, как может, лишает общество права на правдивую информацию, и те, кому нужна правда, привыкли, что власть им лжет, как человек, который продолжает лгать, хотя знает, что ложь раскрыта. Она лишает общество главного, что важно для свободного человека: права выбора. И почему же тогда не сделать еще один шаг – не лишить детей родителей? Главное – показать, что власть сильнее или что она трусливее? Или что она «отвратительна, как руки брадобрея»? Что она готова использовать все средства уличной драки, уличной войны? А какую войну можно вести с гражданским обществом, если не гражданскую – до победного конца и разрушения всех сторон?

И после такого шантажа от всех этих нацпроектов и брошенных в топку политических амбиций триллионов рублей – ощущение, как от действий хронопа из книги Хулио Кортасара «Жизнь хронопов и фамов», повесившего у портика дома по порядку несколько досок для гостей с фразами вроде «Непрошеная персона – приятнее газона». Последняя же надпись гласила: «Эта доска аннулирует все предыдущие. Пшел вон, собака!»