Политика
Бесплатный
Ирина Резник

«Обо всем приходилось договариваться лично с Каддафи»

Российским компаниям будет трудно восстановить бизнес в Ливии. Договоренности с Каддафи больше не котируются, а новые власти им ничем не обязаны

Бывший посол СССР в Ливии Олег Пересыпкин оценивал экономические интересы России в Ливии в $10 млрд. Сюда входят нефтегазовые проекты на общую сумму $3,5 млрд, военные контракты на $4 млрд и, наконец, строительство железной дороги стоимостью 2,5 млрд евро. Среди российских компаний наиболее активно в Ливии работали «Татнефть», «Газпром» и РЖД.

РЖД: «Государство нас не защитило»

В апреле 2008 г. Ливия и РЖД подписали контракт стоимостью 2,5 млрд евро на строительство скоростной железной дороги Сирт – Бенгази протяженностью 550 км. Предполагалось, что дорога, которую «дочка» РЖД – «Зарубежстройтехнология» – построит к 2012–2013 гг., в будущем станет частью международного транспортного коридора на севере Африки. В июне прошлого года был запущен рельсосварочный завод в ливийском Рас-Лануфе. А в феврале РЖД вынуждена была принять решение о срочной эвакуации из Ливии своих специалистов.

«Это был очень хороший контракт, – говорит президент РЖД Владимир Якунин. – Мы уже более 10 млрд руб. потратили: наем рабочих, закупка необходимой техники, размещение внутри России заказов на производство путевой техники (заказы выполнены, а платить некому!). К тому же, как это часто бывает, наша строительная компания [«Зарубежстройтехнология»] строила на заемные деньги РЖД. Как раз подходило время, когда она должна была с нами рассчитаться. Учитывая ситуацию в Ливии, вряд ли это возможно теперь. Война не является страховым случаем, это общепризнанная практика. И денег жалко, и проекта».

Все, что дальше будет происходить, это вопрос для политиков, продолжает Якунин. По его словам, с помощью этого проекта РЖД помогала российскому государству «расшить» часть ливийского долга перед Россией за поставки оружия – страна погашала его частично в ходе строительства железной дороги. «А теперь можно только сказать, что государство не смогло защитить интересы российского бизнеса, – резюмирует Якунин. – Требуемая защита могла бы быть предоставлена, если бы существовало государственное страхование страновых рисков при работе российского бизнеса в регионах геополитических и иных интересов государства. Что же касается возобновления проектов, я думаю, что это вопрос не одного года. Пока в Ливии нет реальной власти, с которой можно говорить; пока там война, никому не будет никакого дела до развития гражданских отраслей».

«Газпром»: «Может, там уже все взорвали»

«Ливия в отличие от Венесуэлы, Египта и Алжира была действительно экономически выгодной площадкой для «Газпрома», – говорит топ-менеджер одной из «дочек» монополии. – Там был хорошо налажен институт тендеров и продажи участков».

«Газпром» стремился попасть в Ливию много лет. Но смог сделать это только в 2007 г. в ходе обмена активами с компанией BASF по Южно-Русскому месторождению: российская монополия получила по 49% в ливийских нефтяных концессиях С96 и С97. Партнером выступала немецкая «дочка» BASF – Wintershall.

В апреле 2008 г. «Газпром» подписал меморандум о сотрудничестве с Национальной нефтяной корпорацией Ливии (NOC), что позволило ему принимать участие в тендерах на разработку месторождений. В итоге монополия выиграла право на проведение геологоразведочных работ на лицензионных участках N19 и N64.

Три года «Газпром» договаривался с итальянской Eni о приобретении у нее доли в ливийском нефтяном проекте Elephant и только в феврале этого года заключил сделку по покупке 16,5% за $163 млн. Подписанный контракт должен был получить одобрение ливийской стороны. Но началась война, и сделка была заморожена.

«С одной стороны, цены на месторождения в Ливии были достаточно высокими, а условия соглашений о разделе продукции – жесткими: инвестор получал 8% продукции, – продолжает собеседник в «Газпроме». – Но если брать совокупность факторов – хорошую инфраструктуру, разработанность месторождений, – пожалуй, это единственная из подобных стран, где «Газпром» мог бы чего-нибудь добиться».

Сейчас, говорит собеседник «Ведомостей», все проекты заморожены, персонал вывезен, неизвестно, что там происходит, «может, уже все взорвали». Шансы, что удастся восстановить контракты на тех же условиях и компенсировать потери – а это несколько сотен миллионов евро, – топ-менеджер оценивает как 20 из 100. «Блоки, которые мы разрабатываем с немецкой компанией, более или менее защищены, а вот остальные проекты и вложенные туда средства, скорее всего, мы потеряли», – резюмирует он.

«Татнефть», Gunvor и другие

«Татнефть» работает в Ливии уже шесть лет. В октябре 2005 г. она получила в концессию нефтяной блок в бассейне Гадамис (блок 82-4), а в декабре 2006 г. выиграла права на три блока в бассейнах Гадамис и Сирт. «Татнефть» разрабатывала эти проекты на условиях соглашений о разделе продукции с NOC. В 2011 г. она планировала начать промышленную разработку месторождений. Согласно отчетности «Татнефти» за прошлый год, в 2009 г. она инвестировала в ливийские проекты $43,8 млн. Представитель компании вчера не стал комментировать перспективы работы на ливийских проектах.

«Главная особенность этой страны заключается в том, что в Ливии нет чиновничьего класса на плаву, – рассказывает совладелец крупной российской нефтяной компании, которой так и не удалось получить в Ливии контракт. – Высокопоставленные чиновники там постоянно сменяли друг друга, и обо всем приходилось договариваться лично с Каддафи. И все российские компании так делали. Очевидно, что сейчас все контракты, которые были заключены при режиме Каддафи, будут обнулены по «иракскому сценарию». Сейчас российские компании заняли выжидательную позицию – думаю, будут договариваться с новым правительством. Ведь Ливии в конце концов нужна железная дорога, кто-то должен разрабатывать ее месторождения».

Впрочем, есть одна компания, которая, похоже, уже работает с «новой» Ливией. Вчера агентство Reuters сообщило, что швейцарский трейдер Gunvor, совладелец которого давний знакомый Владимира Путина Геннадий Тимченко, собирается поставлять сжиженный газ ливийским повстанцам в Бенгази. 30 000 т погружено в порту Новороссийска на борт танкера Norient Star, который, как ожидается, достигнет ливийского порта 31 августа. Представитель Тимченко вчера не смог прокомментировать эту информацию.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать