Владимир Путин на выборах не решил задачу легитимизациии власти

Результаты близки к тем, что давали в прогнозах ФОМ (60%) и ВЦИОМ (58%), и на 10–12% меньше, чем Путин и его преемник, действующий президент Дмитрий Медведев, получили на выборах в 2004 и 2008 гг. (71,3 и 70,3%).

По данным экзитпола ВЦИОМ, лидер КПРФ Геннадий Зюганов набирает 17,7%, такой же результат он показал в 2008 г. Зюганов зафиксировал то, что его партия – сила номер два, но ни у него, ни у других оппозиционных кандидатов не было задачи победить или выйти во второй тур, иначе тот же Зюганов начал бы активно объединять оппозиционные силы, уверен политолог Евгений Минченко.

Лидер ЛДПР Владимир Жириновский, пришедший в 2008 г. третьим с 9,4%, теперь может скатиться на четвертое место. Последним стал лидер эсеров Сергей Миронов, который получает 4–5%, почти втрое меньше, чем его партия в декабре. Миронова, чья кампания была просто никакой, возможно, принесли в жертву Прохорову, который частично и забрал его электорат, полагает Минченко.

Судя по экзитполам и предварительным данным Центризбиркома, кандидат «Единой России» Владимир Путин побеждает в первом туре примерно с 60% голосов. Экзитпол ВЦИОМ показывал 58,3%, фонда «Общественное мнение» – 59,3%, а по предварительным данным ЦИК после обработки 14,5% бюллетеней, Путин набирал 61,7%.

«Победа в первом туре была ясна еще два-три месяца назад!» – объявил начальник штаба Путина Станислав Говорухин. Замруководителя штаба Алексей Анисимов говорит, что значимым фактором победы стало привлечение в штабы 1500 авторитетных людей не из среды чиновников и ставка на точечный формат их работы с избирателями внутри коллективов: «Никаких клубов и дворцов с разнородной публикой».

По словам Анисимова, штаб Путина сделал ставку не на агрессивную, как у других кандидатов, а на фоновую кампанию – без излишнего мелькания лица Путина на билбордах, забрасывания избирателей агитпродукцией. К тому же, продолжает Анисимов, внесистемная оппозиция с Болотной так и не смогла сформировать четкого списка претензий к власти, а Путин продемонстрировал желание слышать и оперативно реагировать на требования самых различных групп россиян, даже настроенных против него.

Главный сюрприз выборов – успех самовыдвиженца Михаила Прохорова, который, судя по экзитполам, выходит на третье место с 9,2% – это вдвое выше его электорального рейтинга. Результат не столько его заслуга, сколько следствие сложившейся ситуации: значительная часть голосовавших за него голосовала против мифа об оранжевой революции и чтобы показать Путину, что у него есть конкуренты, считает политик Леонид Гозман, помогло Прохорову и снятие с выборов Григория Явлинского.

Прохоров стал новым лицом в засаленной колоде, констатирует Николай Петров из Центра Карнеги, хотя его вряд ли можно считать протестным кандидатом. Прохоров удобен Путину: на него много компромата, его результат не позволит ему стать крупным политическим игроком, хотя партия, которую он организует, будет иметь поддержку 6–8% граждан и проводить политику финансовой жесткости, что Кремлю важно, полагает Петров.

Главная проблема – отсутствие новых лиц, за исключением Прохорова, считает депутат Госдумы эсер Дмитрий Гудков, но это не проблема оппозиции, это проблема режима, в котором нет равных условий для кампании.

Власть не решила главной задачи этих выборов – повышения собственной легитимности, и проблема не в том, как проходило голосование, а в том, как проходил отбор кандидатов и шла кампания, констатирует Петров: есть Путин, который подбирает себе соперников, устанавливает правила игры, а потом определяет, с каким результатом их обыграет. Нарушения, зафиксированные даже в Москве, показали, что власть в ловушке, считает Петров: открытые фальсификации были нежелательны, но и объявить о низком результате было нельзя. «Доверия не стало больше из-за большого числа фактов давления и подготовки к фальсификациям», – уверен Гозман. Оба они считают, что выборы вряд ли воспринимались бы легитимнее, если бы Путин взял не 60, а 53–54%.