Статья опубликована в № 3656 от 20.08.2014 под заголовком: «Когда бэтээры уснут, я смогу погулять»

Беженцы с востока Украины винят в своих бедах и сепаратистов, и украинские войска

Беженцы с востока Украины винят в своих бедах и сепаратистов, и украинские войска. Даже если Киев одержит победу, вернуть доверие местных жителей будет непросто
AFP

Наташа Козинко, 35-летняя мать троих детей, в начале августа пряталась от обстрелов в еврейском детском центре в Луганске. Когда рядом со зданием разорвался снаряд, она не знала, кто стрелял. «Все кричат: мы вас спасаем, мы вас освобождаем! - говорит Козинко. - Что происходит на самом деле, понять невозможно. Знаю только, что люди гибнут». Сейчас она находится в лагере беженцев в Житомире.

Если украинским властям удастся подчинить Луганск и другие восточноукраинские районы, удерживаемые сепаратистами, перед ними встанет невероятно трудная задача - восстановить порядок, разрушенный обеими воюющими сторонами. Сейчас, на фоне множества смертей и разрушенных домов, жители этого региона не знают, кого винить в своих бедах.

Те, кому удалось убежать из районов боевых действий, рассказывают, что пророссийские ополченцы размещают боевую технику в жилых кварталах, стреляют оттуда и отходят. Но жителей возмущают и действия правительственных войск, ведущих неизбирательный ответный огонь, жертвами которого становится мирное население.

«Я не могла себе представить, что в XXI в. может случиться такая странная война, - говорит Елена Ярыльченко, жительница Луганска. - Ведь существуют же спутниковые системы, способные отслеживать даже косяки рыб в морях».

По словам украинских правительственных чиновников, делается все возможное, чтобы избежать жертв среди гражданских лиц, в то время как сепаратисты часто сами обстреливают жилые кварталы с целью вызвать гнев у местного населения. Но все более усугубляющаяся военная катастрофа делает задачу Киева все более трудной.

Журналисты The Wall Street Journal посетили два лагеря беженцев на территории Украины и один - на территории России. Многие беженцы плохо относятся к сепаратистам, но не доверяют они и прозападно настроенным руководителям Украины, цели которых кажутся им сомнительными. В каком-то смысле это недовольство и недоверие можно считать успехом Владимира Путина. По мнению киевских чиновников и западных аналитиков, российский президент, провоцируя рост политической, межэтнической и военной напряженности на Украине, стремится ослабить позиции ее правительства и не допустить ее сближения с Западом.

Москва отрицает причастность к помощи сепаратистам и критикует Киев за растущее отчуждение населения Юго-Востока, традиционно тесно связанного с Россией.

«Эту войну затеяли в верхах, - считает 33-летняя Света Турилкина, покинувшая Луганскую область и оказавшаяся в лагере беженцев в Киеве. - А страдаем мы, низы». До начала военных действий она торговала на рынке бельем, а после с мужем и дочерью бежала сначала в Мариуполь, затем в Киев. Там одна из религиозных организаций устроила на бездействующем заводе лагерь, в котором разместилось более 200 беженцев. Люди спят на двухъярусных кроватях, отгораживаясь друг от друга матерчатыми занавесями. Мать Светы не захотела уезжать. Недавно она сообщила, что стала свидетельницей взрыва около супермаркета, в результате которого погибло несколько человек. В этом случае также никто не знает, кто и зачем стрелял.

Многие беженцы из лагеря в российском Донецке (Ростовская обл.) говорят, что поддерживают сепаратистов, которые защищают регион от украинской агрессии. «Мы больше не Украина, мы Донбасс, - говорит Валерия, не назвавшая свою фамилию. - Ополченцы - наши люди, они защищают нас, показывают, где спасаться».

Четырехмесячная война успела сильно повлиять на сознание людей. Многие стали хорошо разбираться в военной терминологии. Елена Ярыльченко грустно рассказывает, как трехлетняя девочка в Луганске сказала ей: «Когда бэтээры уснут, я смогу пойти погулять».

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать