Статья опубликована в № 3851 от 15.06.2015 под заголовком: Вопросы для психиатров

Российской судебной психиатрией займется Страсбургский суд

ЕСПЧ коммуницировал жалобы россиян, принудительно помещенных в психиатрический стационар

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) коммуницировал жалобы четырех россиян на принудительное помещение в психиатрический стационар. Житель Петербурга Виктор Котенев, как следует из материалов суда, был госпитализирован в 2007 г. по инициативе полиции, которой надоедал «неоднократными необоснованными звонками», и отправлен судом на лечение по итогам психиатрического освидетельствования: врачи сделали вывод о риске «значительного ущерба [его] здоровью в связи с ухудшением психического состояния в отсутствие психиатрической помощи». На москвичку Валентину Заикину пожаловались соседи, и в 2009 г. врачам психиатрической больницы № 13 хватило одного дня, чтобы понять: женщина опасна для себя и окружающих, необходима ее принудительная госпитализация, позже с этим выводом согласился суд. Москвич Алексей Хомченков в 2010 г. привлекался к уголовной ответственности как соучастник фиктивного банкротства, но вместо суда был отправлен на принудительное лечение с диагнозом «шизофрения». А оппозиционного алтайского журналиста Руслана Макарова госпитализировали в 2012 г. после того, как он подал в суд иск против губернатора, а против самого журналиста возбудили уголовное дело об угрозе в адрес губернатора (впоследствии он был признан вменяемым).

Все заявители жалуются на то, что были лишены свободы в нарушение установленных законом процедур. Макаров также утверждает, что психиатрия в России имеет карательную функцию и является мерой государственного принуждения. По каждой из жалоб ЕСПЧ задал российскому правительству почти одинаковые вопросы. Суд интересует, были ли убедительные основания для лишения заявителей свободы на время принудительной госпитализации, убедились ли власти надлежащим образом, что эти люди действительно представляют опасность для окружающих, можно ли было использовать другие, «менее ограничительные» меры и сопровождалось ли решение о принудительной госпитализации соблюдением всех необходимых процедур.

Лечебница вместо тюрьмы

Один из фигурантов «болотного дела», Михаил Косенко, был отправлен на принудительное психиатрическое лечение. Через девять месяцев суд разрешил ему выписаться из стационара, обязав проходить амбулаторное лечение.

Очень важным в данном случае является условие, обязывающее принимать решение о принудительной госпитализации лишь в случае, если человек представляет непосредственную опасность для окружающих, подчеркивает адвокат Котенева Дмитрий Бартенев. Он уверен, что нередко это понятие трактуется слишком широко, в результате принудительная госпитализация используется слишком часто и очень вольно. Это, наряду с ужасными условиями содержания больных, порождает недоверие к психиатрической службе и боязнь обращаться к врачам, подчеркивает адвокат. Он надеется, что ЕСПЧ разъяснит российским судам: несогласие человека с правилами поведения в обществе не может являться основанием для фактического лишения его свободы.

«Основная проблема, с которой мы столкнулись, имея дело с судебной психиатрией, – это абсолютная зависимость от людей в белых халатах, – говорит адвокат Макарова Ирина Хрунова. – Какое бы наказание ни назначил суд, это всегда будет конкретная дата, ты знаешь, когда выйдешь. В психиатрии такого срока нет – ты полностью во власти врачей, которые могут с тобой делать, что захотят. Мы бьемся за людей, которые, как мы считаем, абсолютно здоровы, а врачи считают, что нет, и не существует возможности опровергнуть их, например проведя независимую экспертизу». По словам Хруновой, у нее есть клиентка, которой диагностировали как основной признак болезни то, что «у нее есть адвокат и она все время судится».

Дело коммуницировано, вопросы переданы компетентным ведомствам, до 11 июля предстоит собрать и проанализировать полученные материалы и дать ответ на поставленные вопросы, сообщили «Ведомостям» в аппарате российского уполномоченного в ЕСПЧ.