Статья опубликована в № 3853 от 17.06.2015 под заголовком: Спор о мошенниках

Статья УК о бизнес-мошенничестве еще не утратила силу, считают в Госдуме

Решение КС о ее отмене не зависит от депутатских трактовок, настаивают юристы

Депутат Рафаэль Марданшин («Единая Россия») подготовил новую редакцию статьи Уголовного кодекса (УК) о бизнес-мошенничестве (ст. 159.4), которая перестала действовать 12 июня, так как депутаты не успели поправить кодекс в срок, установленный Конституционным судом. По словам Марданшина, работа над статьей идет в двух направлениях: по выполнению постановления суда и по определению того, перестала ли она действовать. «Сейчас мнения неоднозначны: в администрации президента считают, что статья не потеряла свою силу и вполне возможно, что эти поправки не будут нужны, а достаточно будет тех, которые уже были внесены сначала», – рассказал депутат. То, что суд установил конкретный срок исполнения, некоторые юристы считают нонсенсом, говорит Марданшин: суд может определить, соответствует ли статья Конституции, и предложить ее поправить, но остальное должен решать законодатель.

В 2014 г. Конституционный суд счел частично неконституционными положения, предусматривающие менее тяжкое наказание (до пяти лет лишения свободы) по сравнению с обычным мошенничеством (до 10 лет) и повышенный размер особо крупного ущерба (от 6 млн руб. вместо 1 млн). Во исполнение этого постановления правительство предлагало снизить максимальные санкции по другим спецсоставам мошенничества и значительно увеличить наказания за бизнес-мошенничество.

Новые поправки (см. врез) отличаются от предложений правительства, это почти наш первоначальный вариант, объяснил Марданшин, – в комитете исходят из того, что указано в поручении президента: исполнить постановление суда, снизив санкции. «С одной стороны, мы снижаем сроки, с другой – по двум частям одной статьи увеличиваем на один год, выравнивая степени тяжести», – рассказал депутат. По его словам, поправки выводят из-под действия статьи физических лиц: преступления против них будут квалифицироваться по обычной статье о мошенничестве. Переходные положения для тех, кто за бизнес-мошенничество попадет под обычную статью, пока не прописаны: если эту норму примут, она может автоматически подразумевать переквалификацию, говорит депутат. До заседания профильного комитета 29 июня эти вопросы могут быть урегулированы, и тогда законопроект могут успеть одобрить в весеннюю сессию.

Новая старая версия

За бизнес-мошенничество предполагается штраф до 500 000 руб. или лишение свободы на срок до года, за то же деяние в крупном размере – штраф до 1,5 млн руб. или до четырех лет тюрьмы, в особо крупном размере – штраф до 3 млн руб. или лишение свободы до шести лет.

Признавая статью 159.4 не соответствующей Конституции, суд в своем решении самостоятельно указал срок его исполнения, никакой экстраординарной ситуации это не создало, объясняет адвокат «Старинский, Корчаго и партнеры» Евгений Корчаго: «Никто из представителей власти, ответственных за внесение изменений, не нес ответственности за допущенные нарушения сроков. Дело в том, что ранее очень долго многие решения суда исполнялись законодательной властью с нарушением шестимесячного срока, видимо, поэтому ситуация с установлением конкретного срока кажется законодателю странной и новой».

В соответствии с законом «О Конституционном суде» акты, признанные неконституционными, утрачивают силу, поэтому, как бы ни хотели трактовать постановление суда, применять ст. 159.4 в настоящее время нельзя, так как она не имеет юридической силы, считает адвокат компании «Кочерин и партнеры» Владислав Кочерин. Решение Конституционного суда действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами, поэтому на практике сейчас ст. 159.4 применяться не может, а решения о ее применении если и имеют место, то могут быть отменены по жалобам заинтересованных лиц, например прокуратуры, подчеркивает эксперт: «Пока законодатель не поправит норму, предприниматели не смогут рассчитывать на ее применение и к ним будет применяться общая ст. 159 УК о мошенничестве».

Конституционный суд не обладает собственной службой судебных приставов, но подразумевается, что его авторитет означает исполнение всех решений: внесли поправки или не внесли, решение надо исполнять, заключает адвокат Вадим Прохоров.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать