Силовики не готовы отправлять осужденных за решетку лишь после вступления приговора в силу

Нынешняя практика нарушает презумпцию невиновности, считают правозащитники
Правозащитники отмечают: сложившаяся практика противоречит положениям и общим принципам уголовно-процессуального законодательства, которые декларируют презумпцию невиновности /Сергей Коньков/ТАСС

Следственный комитет и Генпрокуратура не видят необходимости в изменении сложившейся практики изменения меры пресечения подсудимому при вынесении приговора судом первой инстанции. Об этом говорится в отзывах двух ведомств на инициативу президентского Совета по правам человека (СПЧ), опубликованных на сайте совета.

С инициативой по совершенствованию законодательства, регламентирующего вопросы заключения осужденных под стражу до вступления приговора в силу, СПЧ выступил в феврале: поводом стало дело врача-гематолога Елены Мисюриной, которая была взята под стражу сразу после приговора Черемушкинского суда о двух годах лишения свободы. Впоследствии Мосгорсуд это решение отменил, но проблема никуда не делась, отмечают правозащитники: сложившаяся практика противоречит положениям и общим принципам уголовно-процессуального законодательства, которые декларируют презумпцию невиновности. До вступления в силу приговора осужденного следует отправлять под домашний арест, настаивает СПЧ.

Ни в Следственном комитете, ни в Генпрокуратуре не видят оснований пересматривать сложившуюся практику. «Существующая процедура <...> в достаточной степени регламентирована нормами действующего уголовно-процессуального законодательства и эффективна», – говорится в отзыве Генпрокуратуры. Если основания, учтенные судом при избрании меры пресечения, не изменились, то вряд ли есть основания для изменения меры пресечения. Однако новым основанием может стать приговор суда: наказание в виде длительного срока лишения свободы «может повлечь уклонение от отбывания такого наказания», объясняет надзорное ведомство. Суд и сейчас вправе избрать или изменить меру пресечения с учетом назначенного наказания, напоминает заместитель председателя СКР Александр Федоров. В Верховном суде обещали учесть позицию СПЧ в ходе дальнейшей работы по корректировке правоприменительной практики.

А вот эксперты Института государства и права РАН согласны с тем, что автоматическое изменение меры пресечения после приговора на более строгую нарушает принципы уголовно-процессуального законодательства и положения Конституции, – было бы целесообразно предусмотреть по крайней мере законодательную возможность обжалования такого решения, пишет в отзыве врио директора института Александр Савенков. В Институте законодательства и сравнительного правоведения при правительстве тоже готовы согласиться с предложением СПЧ, но предупреждают, что для широкого применения меры пресечения в виде домашнего ареста потребуется проведение целого ряда организационных мер – не все подозреваемые имеют подходящее для этого жилье.

СПЧ продолжит продвигать свою инициативу, говорит его председатель Михаил Федотов: «Думаю, что в ближайшее время мы подготовим встречу всех заинтересованных участников и обсудим вопрос уже очно». Вполне вероятно, что его можно будет решить даже без нововведений на законодательном уровне – например, внеся дополнения в постановление пленума Верховного суда, полагает он.