Статья опубликована в № 4751 от 11.02.2019 под заголовком: С митинга — за решетку

С каких публичных акций легче всего попасть в автозак

Правозащитники обобщили практику политических задержаний в 2011–2018 годах

С декабря 2011 г. по 2018 г. в Москве и Санкт-Петербурге во время публичных мероприятий задержали 17 635 человек, рекордным в этом отношении стал 2017 год, когда за решеткой оказался 4621 участник различных акций, следует из материалов многолетних наблюдений, которые в понедельник публикует «ОВД-инфо». Этот независимый правозащитный медиапроект занимается мониторингом политических задержаний граждан на публичных мероприятиях с 2011 г. Его эксперты обобщили и систематизировали информацию, накопленную за семь лет работы. «Мы считаем важным сделать эту информацию доступной», – говорит руководитель проекта Даниил Бейлинсон. Собранные данные помогут экспертам и исследователям, работающим в этой области, понять, как устроена система нарушения гражданских прав, надеются авторы исследования.

Из опубликованных данных видно, что за последние семь лет было два больших пика задержаний на митингах – в 2012 г. (3773 задержанных в ходе 187 акций) и в 2017 г. (4621 задержанный во время 247 мероприятий). Примечательно, что в 2018 г. количество акций, в ходе которых случались задержания, сохранилось на том же уровне – их было 249, а вот число задержанных сократилось в два с лишним раза – до 1977 человек. В статистику попали только те мероприятия, в ходе которых происходили задержания.

Что касается содержания протестных мероприятий, то нетрудно заметить, что в 2012 г. наибольшее противодействие правоохранителей вызывали выступления, направленные против власти (2037 задержанных) и за честные выборы (532), а в 2018 г. – по большей части антикоррупционная тематика (2585 задержаний) и выступления против власти (859). В первом случае речь идет прежде всего о протестных акциях, инициированных политиком Алексеем Навальным: ни до 2017 г., ни после за выступления против коррупции практически не задерживали. В 2014 г. темами выступлений, несущими наибольшие риски, стали права политзаключенных (1466 задержанных) и внешняя политика (626).

Помимо прочего авторы исследования разбили мероприятия на несколько групп в зависимости от формата: собрания (статичные массовые акции, происходящие в одно и то же время и одном и том же месте), акции (формат, подразумевающий перформанс или какое-то другое действие), мероприятия, происходящие в движении (марши, шествия и др.), «оккупай» (лагерь или другие случаи длящегося во времени протеста в одном и том же пространстве), агитация и культурно-просветительские мероприятия.

Отдельной категорией проходит одиночный пикет, который, в принципе, не требует согласования с властями, но это не страхует его участников от задержания. Более того, как следует из опубликованной статистики, число задержанных участников одиночных пикетов неуклонно растет и с 2012 г. увеличилось более чем вдвое – со 119 до 284. В среднем же наибольшее число задержаний случалось на мероприятиях, проходивших в формате собраний, хотя в 2017 г. почти десятикратно выросло количество задержанных за агитацию – 213 человек, хотя в предыдущие годы счет шел на десятки.

Одиночный пикет – последний рубеж свободы публичных мероприятий, но, кажется, и он скоро рухнет под напором силовиков, констатирует Алексей Глухов из «Апологии протеста». Он отмечает, что задержания пикетирующих пока, как правило, не оканчиваются административным преследованием: человека забирают с улицы со ссылкой на жалобы граждан – «до выяснения», а потом просто отпускают. В редких случаях подсылают двух-трех человек, чтобы потом признать пикет массовым мероприятием, или инкриминируют использование быстровозводимой сборной конструкции. Также в последнее время суды пошли по пути признания серии пикетов массовым мероприятием – в Новосибирске, например, привлекли к ответственности пикетчиков, находившихся друг от друга на расстоянии до километра, говорит эксперт. По его мнению, причиной общего сокращения числа протестных акций после 2012 г. стал «охлаждающий эффект», который возымели болотное дело и узаконившие гигантские штрафы поправки в закон о митингах. К 2017 г. мода на протест вернулась – отчасти не так страшно все оказалось, научились деньги на штрафы собирать, ну и благодаря Навальному, добавляет эксперт. Согласно судебной статистике, 2018 год (цифры есть пока только за первое полугодие) стал лидером по количеству арестов за участие в мирных демонстрациях, но общее число привлеченных за нарушение митингового законодательства снизилось по сравнению с первым полугодием 2017 г., подтверждает Глухов.

Политолог Аббас Галлямов объясняет рост задержаний реакцией власти на активизацию протеста. Наиболее массовые выступления наблюдались как раз в конце 2011 – начале 2012 г. и в 2017 г., напоминает он. В первом случае это было связано с запросом на перемены, который так и не получил ответа, а в 2017 г. главным двигателем протестной кампании стал Навальный. Логика власти очевидна: есть протест – надо давить, хотя сама по себе репрессия власти удовольствия не приносит, считает Галлямов. Поэтому самая сильная реакция – именно на выступления против власти. Сама по себе тематика не особо важна – главное, что выступающие требуют смены режима. К протестам же экономического характера власть относится более лояльно, отмечает эксперт.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more