Военная сила снова становится инструментом соперничества великих держав

Но катастрофическими последствиями миру это уже не грозит, считают эксперты
Военная сила снова стала инструментом внешней политики (на фото – межконтинентальная баллистическая ракета «Ярс»), но к большой войне это не приведет, надеются эксперты /Евгений Разумный / Ведомости

Доминированию консолидированного Запада на международной арене пришел конец: мир вступил в новую эру, когда государства все чаще руководствуются своими интересами, отказываясь от союзных обязательств, говорится в докладе «Международные угрозы 2020. Каждый – за себя», подготовленном консалтинговым агентством МГИМО «Евразийские стратегии». Ярче всего это видно на примере США: если президент Дональд Трамп переизберется в 2020 г. и продолжит изоляционистский курс, то существующая со времен распада СССР моноцентричная международная система будет и дальше размываться, а передел мира только ускорится. Хотя в любом случае «внутренний конфликт элит и паралич американской политической системы» продолжатся еще 8–10 лет, пока к власти не придет следующее поколение политиков.

О размывании традиционных международных связей свидетельствуют и конфликты внутри Евросоюза и НАТО. Конец эпохи монолитного антироссийского Запада в сочетании с возрастающей ролью военной силы в противовес мягкой силе дает России преимущества, говорится в докладе: «Москве не нужно переманивать чужих союзников – ей достаточно того, что в традиционных альянсах возрастает их степень свободы». Примечательна, например, позиция президента Франции Эмманюэля Макрона, претендующего на лидерство в ЕС и одновременно выступающего за наращивание связей с Россией. Хотя надеяться на быстрое примирение России с ЕС не стоит, ведь даже относительно дружественно настроенные страны – Франция, Италия, Германия – будут поддерживать сближение с Россией только в обмен на ее уступки по Донбассу и отдаление от Китая. В этих условиях Москве нельзя забывать и о восточном векторе: именно сейчас Россия может стать «главным центром политической гравитации в Большой Евразии» и способствовать появлению «евразийского концерта», ориентированного на формирование инклюзивной, а не блоковой системы безопасности.

Помимо эрозии европейской системы безопасности и все более частого отказа стран от союзнической солидарности ради свободы маневра на международную жизнь все больше будут влиять популизм, конкуренция техноэкономических платформ и политизация экологии. Мир меняется и темп изменений постоянно растет, резюмируют авторы доклада. Хотя их выводы скорее утешительны: «Страны уже не стоят на пороге катастрофического конфликта. В мире все больше сытых людей, которые хотят жить долго и безопасно, а значит, конкуренция ведущих держав между собой будет обретать более мягкие и нефронтальные формы».

В мире наблюдается две тенденции, говорит соавтор доклада Андрей Сушенцов: «С одной стороны, военная сила возвращается как инструмент соперничества ведущих держав. С другой – она применяется не для того, чтобы нанести сопернику военное поражение, а используется нефронтально, часто в виде провоцирующего поведения с неясным источником или через контрагентов и прокси». Самым показательным проявлением этого стал недавний обмен провокациями между Ираном и США, поясняет эксперт: «То есть сила используется чаще, но последствия уже не столь катастрофичны, как это было в период холодной войны, когда мир был черно-белым. Сейчас эти краски смешались, но очевидно, что страны не желают большой войны – они понимают, что это долго, дорого и что война, скорее всего, не позволит достичь внешнеполитических целей, ради которых она начиналась».

Прежде чем рассуждать о кризисе Запада, неплохо бы определить, что это вообще такое – географическое понятие, набор ценностей, военно-политический альянс или что-то другое, считает политолог Глеб Кузнецов: «Философы все время рассуждают о крахе Запада – и все-таки западный образ жизни остается самым привлекательным и для Китая, и для стран Персидского залива. И в этом смысле Запад продолжает доминировать». С точки зрения культуры и ценностей Запад никогда и не был единым, но для достижения определенных политических целей он может действовать сообща и в этом отношении антироссийская повестка никуда не исчезла, добавляет эксперт: «Да и военная сила никогда не теряла значения – ее использовали на периферийных театрах военных действий и до холодной войны, и во время, и сейчас».