Иран лидирует по количеству лиц, за связь с которыми США могут ввести санкции

Россия отстает по этому показателю почти в 14 раз
Одна из главных целей американских санкций — Иран / Ebrahim Noroozi / AP

Центр новой американской безопасности (CNAS) – близкий к администрации Джо Байдена американский аналитический центр – выпустил на прошлой неделе исследование Джейсона Бартлетта и Меган Офел «Санкции в цифрах: вторичные санкции США». Как отмечают американские исследователи, прямые санкции опираются на роль США и доллара в мировой финансовой системе и запрещают подсанкционным компаниям и лицам проводить транзакции, так или иначе затрагивающие территорию США и с участием американских лиц.

Вторичные санкции применяются Управлением по контролю за иностранными активами (OFAC) минфина США против физических и юридических лиц, не связанных с США, но участвовавших в сделках с лицами, подпавшими под санкции США, например включенными в список лиц SDN, с которыми американцам запрещено иметь дела. С точки зрения стран, откуда происходят подвергнутые вторичным санкциям лица, их сделки являются законными, но американская администрация все равно подвергает их санкциям.

По подсчетам Бартлетта и Офел, более чем из 3000 лиц, включенных в SDN и за связь с которыми OFAC могут быть введены вторичные санкции, 68% относятся к Ирану, 22% – к КНДР. Российские лица с 5% находятся лишь на 3-м месте, на 4-м с 3% – ливанские, связанные с движением «Хезболла», и на 5-м месте с 2% – китайские. В целом США активно применяют механизм вторичных санкций примерно с 2010 г.

Против России их масштабное применение позволил принятый в 2017 г. антироссийский санкционный закон CAATSA, до этого такая возможность была ограниченной. Исследователи отмечают, что «в отличие от Ирана и Северной Кореи сами по себе размер и международная интеграция китайской и российской экономик могут удержать Соединенные Штаты от чрезмерных санкций, особенно в отношении вторичных санкций». Лидерство Ирана они объясняют тем, что после выхода администрации Дональда Трампа из соглашения по иранской ядерной программе в 2018 г. санкции против Ирана стали применяться массово.

Это все касалось потенциально применимых санкций. Практика реального наложения вторичных санкций значительно более скромная, счет едва перевалил за сотню компаний и лиц. Видимо, это тот случай, когда угроза важнее исполнения.

В списке стран, против резидентов которых были введены сами вторичные санкции, лидирует Китай – это произошло в 48 случаях, 27 таких санкций было против лиц и компаний Ирана, 18 – России (вновь на 3-м месте), 16 – Сирии и 9 – ОАЭ. Большая часть их была введена за транзакции с иранскими подсанкционными лицами и структурами.

Эксперт Российского совета по международным делам Владимир Морозов отмечает, что инструмент вторичных санкций США так сильно развился благодаря Ирану. Изначально США пытались за счет вторичных ограничений помешать иранской ядерной программе, но впоследствии стали использовать такие меры и в отношении других стран.

Руководитель программы «Институты евроатлантической безопасности» Валдайского клуба Иван Тимофеев также не видит ничего удивительного в том, что больше всего от вторичных санкций США пострадал Иран. «В отношении Ирана действует гораздо больше санкционных режимов, чем в отношении России, а значит, и вторичных санкций количественно больше», – поясняет он. По оценке Тимофеева, вторичные санкции являются весьма эффективным инструментом давления США, так как увеличивают ущерб от прямых санкций. При этом странам – целям американских санкций так и не удалось выработать адекватные меры противодействия вторичным ограничениям. Как отмечает эксперт, определенную защиту на законодательном уровне от своих властей получают российские и китайские предприятия, однако в большинстве случаев компании остаются один на один с американским регулятором и не могут ему противостоять.