Как Владимир Путин обсуждал с руководством высших судов гуманизацию российского правосудия

России точно не нужен Страсбургский суд, когда есть Конституционный и Верховный
Вячеслав Лебедев (по левую руку от президента) и Валерий Зорькин (по правую руку) слушали установки Владимира Путина с олимпийским спокойствием / Пресс-служба президента России

Съезд судей в Государственном Кремлевском дворце состоялся впервые с 2016 г. Обычно они проходят каждые четыре года (а решения определяют вектор развития правовой системы), но в 2020 г. этому помешала пандемия. На этот раз съезд начали с бытовых вопросов: председатель Совета судей Виктор Момотов отметил, что судья прежде обеспечивался жильем в течение полугода с момента назначения на должность, в том числе если прибыл из другой местности, а теперь может встать в очередь на получение субсидии при приобретении 10-летнего стажа работы. Напомнил Момотов и об этическом долге судей: судьи, да и кандидаты в судьи, должны «понимать свою ответственность и последствия» присутствия в социальных сетях.

Председатель Верховного суда (ВС) Вячеслав Лебедев в своем выступлении говорил об успехах системы. К примеру, о том, что с 1999 по 2022 г. доля осужденных, в отношении которых прекращено уголовное дело судом, выросла с 2 до 21%. И президент Владимир Путин, выступая перед судьями, подтвердил, что российская система идет по пути гуманизации. Например, суды за девять месяцев 2022 г. приговорили 9% лиц, обвинявшихся в совершении преступлений в сфере экономической деятельности, к реальному лишению свободы: «За 10 месяцев этого года судами рассмотрено 5000 таких дел в отношении 5500 лиц, осуждено 3500, а в отношении 2000 граждан уголовные дела прекращены судами».

Пожалуй, самые дискуссионные темы затронул председатель Конституционного суда (КС) Валерий Зорькин. Он отметил, что «дискуссия о восстановлении смертной казни оживилась в связи с ситуацией о возможности применения этой меры наказания в Донецкой и Луганской республиках». Но, как сказал Зорькин, в России действует подтвержденный КС мораторий на высшую меру. В силу требований ныне действующей Конституции единственно приемлемый для их пересмотра способ – это принятие нового Основного закона, отметил он: «Иным путем – ни парламентским законом, ни даже поправкой к Конституции – это сделать невозможно».

Что еще сказал Путин

Путин также отметил заслуги ВС РФ на пути более широкого применения наказаний, альтернативных лишению свободы, и мер пресечения, не связанных с заключением под стражу. «Вызовы и угрозы, с которыми сталкивается сегодня страна, не могут служить оправданием для поверхностного или обвинительного подхода при проведении судебных разбирательств, следственных и других процессуальных действий», – подчеркнул он. Президент поручил докладчикам продолжить уделять пристальное внимание социальной направленности российского правосудия. По его словам, в текущем году судами удовлетворено 95% требований об оплате труда, 53% требований граждан о восстановлении на работе и 84% о защите прав потребителей. «Этим вопросам и впредь нужно уделять такое же повышенное, пристальное внимание», – заключил Путин.

При этом Зорькин отдельно указал на отсутствие всякой необходимости в создании российского аналога Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) в связи с выходом из Совета Европы. «Но караван, что называется, идет», – отметил председатель суда.

В то же время «вызывает большое удовлетворение то, что смолкли разговоры о создании еще одного специального внутреннего суда по правам человека (как предлагали многие политики. – «Ведомости»)»: «Понятно, что с точки зрения и теоретической, и практической сразу возникала бы проблема многослойности, пересечения и т. д. Собственно говоря, чем занимаются все суды? Разве не занимаются они защитой прав человека, начиная с самой нижней инстанции – мировых судов – и включая ВС и КС?»

Но опыт Страсбургского суда не должен быть забыт – его следует анализировать и рационально использовать, отметил Зорькин.

Впрочем, Путин в своей заключительной речи о ЕСПЧ не говорил, а говорил о судах, «которые стоят на самой вершине правовой системы, на олимпе» правовой системы. «В конечном итоге это зависит от конкретных людей – от вас и от ваших коллег, – зависит то, как применяется закон и в конечном итоге, как это отражается на всех перечисленных мной, да и не перечисленных тоже, всех сферах жизни государства и каждого конкретного человека в отдельности, – сказал он собравшимся в зале. – И я вас прошу соответствовать этому олимпийскому, высокому статусу, как те, кто еще по известным древним традициям там проживает, имею в виду олимпийских богов».