Дума дала президенту новые полномочия по обеспечению экономического суверенитета
Порядок взаимоотношений с бизнесом из недружественных стран будет действовать ретроспективно![](https://cdn5.vedomosti.ru/image/2023/9i/1zgzz/original-2km.jpg)
С 1 января 2024 г. у президента появятся новые полномочия в отношении имущества и активов иностранных компаний, которые ушли с российского рынка из-за санкций. Нормы, которые раньше были оформлены на уровне указов и иных подзаконных актов, будут действовать ретроспективно и касаться правоотношений, возникших с 24 февраля 2022 г. Новые нормы созвучны предложениям о «национализации» секретаря генсовета «Единой России» Андрея Турчака.
Госдума 6 декабря приняла в третьем, окончательном, чтении правительственный закон о создании дополнительных финансовых инструментов, направленных на формирование долгосрочных сбережений и приток инвестиций на финансовый рынок. Документ предусматривает введение с 1 января 2024 г. индивидуальных инвестиционных счетов третьего типа. Изначально законопроект предполагал правку законов «О рынке ценных бумаг» и «Об инвестиционных фондах». Но в итоговом виде благодаря поправкам депутатов Анатолия Аксакова («Справедливая Россия – За правду») и Александра Спиридонова («Единая Россия») и зампреда Совета Федерации Николая Журавлева появились изменения в принятый в 2018 г. закон «О мерах воздействия (противодействия) на недружественные действия США и иных иностранных государств».
Речь идет о ст. 42 указанного закона, регулирующей особенности введения и применения мер воздействия и полномочий президента. Среди них – право устанавливать особый порядок исполнения Федерацией, субъектами, муниципальными образованиями, резидентами обязательств перед лицами недружественных иностранных государств; введение временного управления в отношении находящегося на территории России движимого и недвижимого имущества лиц недружественных иностранных государств, обращение взыскания на денежные средства и т. п.
Где введено внешнее управление
В конце апреля Владимир Путин подписал указ о передаче Росимуществу во временное управление 98,23% акций АО «Фортум» (управляет компанией ТГК-10, принадлежит финскому концерну Fortum) и 83,73% АО «Юнипро» (управляет пятью ГЭС, принадлежит немецкому концерну Uniper). В финской компании назвали действия российских властей «нарушением международного права». 11 мая пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявлял, что решений по национализации Fortum нет.
В июле Путин подписал указ о передаче пивоваренной компании «Балтика» во временное управление государства, а ее владелец – датская компания Carlsberg, объявившая в марте 2022 г. об уходе из России, обвинила власти РФ в «краже бизнеса». 6 декабря «Ведомости» писали, что президент «Балтики» Таймураз Боллоев обратился к главе Росимущества с предложением национализировать компанию. Собеседник, близкий к Минфину, отмечал, что на сегодняшний день прецедентов национализации нет: иностранные активы находятся под управлением.
Поменялась и терминология: «финансовую стабильность», на обеспечение которой направлены меры воздействия, заменили на «экономический суверенитет» и «экономическую безопасность». Новый термин является более объемным и точно отражает суть и направленность данного законопроекта, говорит партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Сергей Учитель.
До сих пор меры, связанные с регулированием экономики (в том числе с введением внешнего управления), вводились на основе указов президента. Это позволяло действовать оперативно в отличие от процесса принятия закона, кроме того, предполагалось, что меры будут носить временный характер, добавляет эксперт. Перечисленные правила теперь приобретают статус федерального закона, а значит, большую юридическую силу. «Теперь нет необходимости создавать нормативную базу под каждый кейс по смене собственников активов», – добавляет партнер фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Дмитрий Клеточкин.
7 марта прошлого года секретарь генсовета «Единой России», первый зампредседателя Совета Федерации Андрей Турчак заявлял, что решения иностранных компаний о закрытии или приостановке работы в России во время специальной военной операции на Украине – «не что иное, как предумышленное банкротство». Партия, по его словам, предлагала национализировать производства тех компаний, которые объявляют о своем выходе и закрытии производств.
Эксперты расходятся во мнениях, можно ли считать принятый закон возможностью к проведению фактической национализации имущества лиц недружественных иностранных государств. Временное управление де-факто ею и является, считает Клеточкин. Но ее масштабы будут зависеть скорее не от действий наших властей, а от решений бизнеса. Он отметил, что основная задача – не отобрать компании у иностранцев, а обеспечить работу предприятий, выплату зарплаты, уплату налогов и насыщение рынка товаров и услуг предложением.
Это не совсем национализация, считает партнер и руководитель практики «Международное торговое право» «Меллинг, Войтишкин и партнеры» Александр Бычков: меры ограничивают право собственности, превращая собственника фактически в номинального владельца, и имущество в какой-то момент должно к нему вернуться (если право собственности не будет впоследствии окончательно отнято).
Говорить, что закон повлияет на инвестклимат, сложно, сходятся во мнении собеседники «Ведомостей»: юридические риски уже учтены в нынешнем состоянии инвестпривлекательности России. Влияние могут иметь новые действия исполнительной власти – например, широкое применение института внешнего управления (на сегодня такие примеры лишь единичны) или начало реальной национализации, считает Бычков.